Ох, всё. Я закончил и не думаю, что смогу вернуться к продолжению. Эпопея Робинсона про Марс, конечно, вещь знаковая, но, полагаю, двух третей мне достаточно и более я в себя впихнуть не смогу. Ну, про первую часть я уже писал, и в целом вынужден констатировать, что кардинально ситуация не изменилась. Не изменилась настолько, что вместо запланированных двух месяцев прочтение заняло четыре.
Правда, как я тоже уже отмечал, перевод в целом стал лучше и чуть более отполированным. Но дёгтя в этой бочке всё ещё предостаточно. Банальный пример: одного из главных героев, сторонника терраформирования по фамилии Рассел, зовут Сакс. Сакс - это уменьшительное от Saxifrage, английского названия растения камнеломка. В какой-то момент Сакс обнаруживает обживающуюся на Марсе камнеломку, что вызывает у него массу трогательных чувств, а переводчик даже не пытается прокомментировать эту ситуацию - ведь это не просто цветочек нашёлся, а тёзка этого самого учёного! И это просто самый вопиющий пример, так-то в переводе много на чём можно оттоптаться. Вот, скажем, отчего последователи Аркадия Богданова из первой части называются богдановисты, а не (что, казалось, напрашивается) богдановцы? Ну и так далее.
Но перевод - не единственная проблема книги. Автор в принципе пишет медленно и тягуче, у него всё происходит очень и очень постепенно. Вообще причину такого темпа я, кажется понял: Робинсон очень любит своих героев и долго за ними следует. Большая часть "Зелёного Марса" - это наблюдение за Тойтовной (да, это фамилия, если кто забыл), Надеждой Франсин и Саксом. То есть по большому счёту автор живописует злоключения, например, Сакса, треть книги, крайне редко меняя фокус, а книга-то немаленькая! Вот и возникает ощущение тягучести.
Причём автор действительно своих героев любит; любит настолько, что ещё в прошлой части придумал геронтотерапию, которая успешно продлевает жизнь практически без побочных последствий. В результате за два тома проходит больше ста земных лет, а старички из "первой сотни" - экипажа "Ареса" с первым десантом марсианских колонистов - до сих пор живы, здоровы и руководят революцией.
Потому что смыслом всего мероприятия опять является революция. В прошлой книге она была откровенно красная - вызванная классовыми причинами и проводимая агрессивными методами. И неудачная. Теперь долгое и упорное терраформирование приводит к тому, что атмосфера Марса стала почти пригодной для дыхания (на уровне ношения масок-респираторов), температура приблизилась к обычной (в финале упоминаются эмигранты из России, бредущие в заботливо прихваченных из дому ушанках), а революция, менее кровавая, победила. Причём в конце истории, когда этот маховик, наконец, раскручивается до полной скорости, внезапно опять становится интересно: Робинсон по-прежнему сконцентрирован на событиях, а не на внутреннем мире персонажей, но когда эти самые события начинают сменять друг дружку в быстром темпе, становится интересно. Точно так же было и в "Красном Марсе", но второй раз я на это не куплюсь и "Синий" читать не буду.
Из деталей любопытно упоминание новых технических элементов терраформирования: огромного отражателя солнечного света под названием "солетта", подогревающего атмосферу, а в придачу к ней ещё и сформированной в атмосфере плотной воздушной линзы, которая работает, как увеличительное стекло. Ещё забавны моменты, описывающие посещение Саксом научной конференции, на которой он внезапно понимает, что в это мире наука стоит в первую очередь на службе корпораций, а уж только потом - мира и прогресса. Вот уж воистину, ребёнок познаёт мир!
Вообще в мире Робинсона корпорации (переводчик называет их "наднациональными") правят почище, чем в каком киберпанке, и именно против их жадности фактически и поднимается революция. Вообще, проектируя политику мира будущего автор ставит эти наднациональные корпорации на одну доску со странами "Большой семёрки" (у него она превратилась в "Большую одиннадцатку" и включает в себя какую-то Азанию). Остальные государства - фактически вассалы крупного капитала, что любопытно, включая Китай и Индию. Судя по всему, предвидеть экономический взлёт этих стран в девяностых было трудновато.
В общем, книга не без положительных черт, но слишком размеренная на мой вкус. Она не захватывает (за исключением финальной части) и, скажем так, с фонариком под одеялом я бы её читать не стал. Хотя, возможно, это у меня уже возрастные особенности восприятия - я внезапно в какой-то момент начал путаться в трёх героях романа, которых зовут Сакс, Саймон и Спенсер. Да, с белыми англосаксонскими мужчинами Робинсон не так изобретателен, как с русскими женщинами, ну да и пусть его.