После того, как Гарбуз предупредил Саныча, что выгонит его, если тот еще хоть раз напьётся на работе, пьянству был объявлен бой...Но, как оказалось, не смертельный.
Надвигалось 8 марта.
- Саныч, мимозы-то подаришь нам али как? - подкалывали бабы в цехе лишь только он подходил к ним поближе.
- Нет, бабоньки, в этом году без мимозы - на мели я, - отмахивался Саныч, догадываясь, что все вокруг уже знают, что и вторая жена подала на него на алименты.
- Да разве только в этом! Уж и в том году ты оставил нас без мимозы, а в этом опять что ли? Подарил раз и в кусты, кто так делает? - покатывались со смеху женщины.
Саныч старался не попадаться им на глаза в эти предпраздничные дни.
- Мужики, Валентине Александровне, экономистке нашей, по сколько на подарок скинемся, рублей по сто? - собрав весь мужской инженерный состав у себя в кабинете, поинтересовался начальник цеха Виктор Иванович Гарбуз.
- А почему это я должен ей скидываться? Она же мне ничего не подарила на 23 февраля, а я почему ей на 8 марта должен скинуться?! - искренне возмутился Саныч.
Мужики вытращили на него глаза:
- Ты че, Саныч? Давай уж не будем мелочится, сто рублей всё равно не деньги.
Но механик наотрез отказался скидываться и сто рублей на подарок экономистке не отдал.
7 марта Саныч так нарезался, что не пошел домой, а остался ночевать в цехе в подсобке, спрятавшись от начальника.
Узнав об этом происшествии, 9 марта Гарбуз сам напечатал от имени Саныча заявление об увольнении , а механику велел расписаться внизу.
Саныч изо всех сил воспротивился всем своим, ослабленным после обильного возлияния, организмом:
- Кузьмичу-то ты ничего не говоришь, хоть мы вместе с ним пьем, а я как кость поперек горла у тебя! На Людмилу что ли мою глаз положил? Так она сейчас свободна, можешь забирать ее себе!
В тот же самый миг, едва Саныч закончил свою пламенную речь, шедшую от самого сердца, как большой волосатый кулак Гарбуза прилетел ему ровно промеж глаз. Механик вместе со стулом свалился на пол под праздничный салют ярких белых звездочек. С трудом поднявшись, Саныч взял ручку и расписался там, где показал ему своим коротким пальцем Виктор Иванович.
Теперь свободный от всего на свете Саныч целыми днями лежал дома на кровати, смотря в потолок и проклиная всех виновных, как он считал, в его неудачах: Людмилу, Гарбуза, бабку Маню и даже Кузьмича (за то, что пил с ним вместе, а остался не наказан).
- Валентина, привет! Я теперь безработный. Уволился, мало платят, - жаловался по телефону Саныч своей сестре, жившей в деревне.