В офисе шел важный подсчет голосов и распределение денежных сумм. Пари заключались между всеми сотрудниками. Кто-то верил, что главный инженер сорвется, отменит свою свадьбу и признается секретарше в любви. А кто не верил - проиграл и вынужден был отдавать свои денежки из зарплаты.
Нужно было, чтобы всё открылось. Дима должен был не просто схватить Веронику тайно в объятия где-нибудь в машине или встречаться с ней тайком, он должен был именно публично признаться, при всех. И Ника, могла ему ответить взаимностью, но для пари это было совершенно неважно.
Дело в том, что больше года коллектив с проницательностью иностранной разведки анализировал поведение Дмитрия Алексеевича в присутствии Веронички.
Она единственная в коллективе стала для любителя всех женщин независимо от возраста ... неприкасаемой. От слова "совсем". И это была абсолютная аномалия. Дима Ракитин-Распутин все семь лет хватал, обнимал и обхаживал всех подряд, особенно быстро заключал в свои объятия новеньких. В любимчиках ходили все «свои девчонки» без исключения - Оля, Людмила Иосифовна, Тонечка, Алевтина Сергеевна, Маринка, Анюта, Ирина, Светик, Кристя, Сонечка, еще одна Оленька, даже маленький двадцатилетний Люсик…
А Вероничка – довольно привлекательная была молодая женщина, но именно с ней Дима показушно «дружил», избегая любого тактильного контакта.
Он определенно избегал Вероничку. Даже конфеты и шоколадки никогда не носил, и цветы на восьмое марта, когда Вероника работала уже третий месяц, сам ей «нормально» не подарил.
Он быстро прошел мимо, быстро положил на стол одинаковый, как всем, букетик, и быстро убежал.
Только в этот раз на восьмое марта букетик был не скромный. Он был шикарный. У всех одинаковый, но шикарный. Удивительно шикарные букеты достались всем, и Нике в том числе. Целое состояние Дима потратил.
Как поздравил Дмитрий Алексеевич Ракитин секретаря перед планеркой, увидели Ольга Дмитриевна с Сонечкой. Обе широко раскрыли глаза и переглянулись. На их обеспокоенных лицах надолго застыло недоумение.
Всех только что потискали и помогли почувствовать Восьмое марта на вкус. А Ника даже ласковых слов не удостоилась. Хотя она уже третий месяц работала. Дмитрий Ракитин обычно в самый первый месяц уже вез секретаря к секретарю домой.
Дима не только делал милые подарки, на Восьмое марта, Новый год, в день влюбленных, в день взятия Бастилии и далее по календарю. Еще девчонкам офиса полагались поцелуи и солнечные объятия. Всем доставалось от него «потискать» и «кое-где пошекотать». Или поднять повыше, расцеловать в обе щеки. Зависело от веса и комплекции. Он обнимался утром, до обеда, после обеда, вечером…. И все получали, кроме секретарши с удивительной, просто космической защитой от рук любвеобильного Димочки.
Пчелы бухгалтерии, после сомнений Ольги и Сонечки, зажужжали и стали подозревать, что главный инженер странно себя ведет и, возможно, питает какие-то другие чувства, «иные».
Аномалия подтвердилась после окончания Восьмого марта, на корпоративе в ресторане. Вероника напилась немного и стала сильно смеяться с Палычем и Денисом-вышибалой, а главный инженер застыл, как зомби, глядя в одну точку, а именно - на свой крепко сжатый кулак.
Сначала он бледнел, потом тяжело дышал и, наконец, покраснел, как штангист. И Ника, которая в тайне поглядывала на Ракитина почти постоянно, самая первая заботливо крикнула: «Дмитрий Алексеевич, вам плохо? Денис, посмотри, мне кажется, ему трудно дышать, он, наверное, подавился.… О, боже, спасите кто-нибудь, скорей!»
Денис прыгнул, схватил сзади главного инженера двумя руками, поднял и стал дергать его, как куклу, под солнечное сплетение.
Диме от стыда стало еще краснее, и он сделал вид, что действительно подавился, а потом выдохнул: «Хххааа!», вывернулся и попытался вмазать спасителю кулаком. Денис Петрович был тренирован, удачно отклонился. Вместо "спасибо", получил захват, который тоже удачно купировал. Он крикнул волшебное слово «успокойся», отчего Дима в конец озверел. И ушел прочь, опрокидывая стулья, на улицу. Там он так сильно ударил кулаком о стену здания, что вернулся, подвывая.
Дмитрию Алексеевичу пришлось прикладывать лед, что попыталась сделать именно Ника. Сама бы она, конечно, не решилась подойти к буйному Диме. Ее решили .... подослать. Для проверки подозрений.
И тогда Дима превратился в краснеющего школьника. Он смущался, хихикал и глупо-глупо шутил. А потом уволок в темный угол Кристю, а потом еще и Светика.
С того дня ставки делали все.
Принимали данные в бухгалтерии.
Программа скачек на победу была проста и понятна – четыре жеребца:
Первый конь означал: «Дмитрий схватит при всех». Второй подтверждал взаимность: «Ника поведется», Третий надеялся на чувства Ники: «Секретарь схватит при всех». И четвертый придумали женщины бухгалтерии, которые сердились на влюблённого Диму: «Секретарь его обломает».
Выигрывают больше всего те, кто угадает комбинацию двух победителей.
Олег Константинович сначала ставил на первого и второго жеребца, но после помолвки Ракитина, объявления о его женитьбе на Марии, пуританского поведения и отказа от никотина, переключился на первого и четвертого.
Он знал, что секретарша порядочна и честна, вряд ли будет уводить его у невесты, даже если схватит. Босс решил поставить на то, что Ракитин схватит Нику, но Ника его обломает.
Наконец, дождались. Прямо перед мальчишником поцелуй был зафиксирован в машине. С того момента изменение ставок на своих"коней" больше не принималось. И суммы каждый день удваивались. Это позволило сегодня здорово разбогатеть некоторым провидцам, а именно Палычу, Денису Петровичу, Сергей Сергеичу и Антонине Сергеевне, которая была в командировке и еще не знала, с какого перепуга на ее карту поступила столь божественная сумма из бухгалтерии.
Она тут же позвонила главному бухгалтеру, которая случайно или специально включила громкую связь.
– Иосифна! А что происходит? Ты там в себе? Нулями не ошиблась? – голос Тонечки звучал фальцетом.
– Не ошиблась, – мрачно сказала Людмила Иосифовна и взялась за сердце.
– На эти денюшки же можно же … машину купить.
– Они влюблены, вместе, и женятся. Все! Гонка завершена. Твои кони в числе победителей.
– Ой, как я рада! Я рада, что Ника согласилась, а Дмитрий Алексеевич схватил. Я знала, знала, что он не отстанет! А Ольга Дмитриевна опять расстроится. Ой, что же, как же….
Зря главбух включила громкую связь. Дима сразу всё понял
«Издевались надо мной, ржали втихушку? Так вот почему хьюго-босс с-с-с Котиныч меня раскалывал и угощал! Из-за него, хитреца меркантильного, и я физически пострадал, и Ника моя плакала!
А если бы она узнала? Если бы смотрела на тебя и смеялась???» – в ужасе откинулся разум.
Дима яростным зверем взглянул на Котиныча, уткнулся Нике в шею и повозился так, что Ника быстро отложила пиццу и легкой рукой обняла.
– Диман, а я и думаю, что это с тобой происходит такое? Стал скучный, грустный, совсем никакой… Девушек вокруг много, невесту нашел, а все тоска в твоих серых очах. – Причитал обжора Марик – Только ты это… Не ходи сегодня домой. И ее не води. Уборочку надобно устроить небольшую. Там это… рыба осталась, я ее на кухне развесил, она с душком попалась … И панталоны мои сушатся… И еще там от сюрприза следы… Ой!!! Нельзя тебе домой. Там ка пец!!! Я вспомнил!!! Собака там соседская нагадила!!! Прости, виноват! Уберусь! Я жене сюрприз готовил, занят был. Не ходи домой, братан!
Ника звонко засмеялась, представив Димочкину квартиру, рыбу, панталоны, еще крепче обняла своего Димочку и тихо предложила сыграть у нее дома в спящего полицейского. Ника так зашептала Диме в ухо, что он покраснел и понял - всё остальное ерунда и не имеет никакого значения. Даже на собачьи какашки и вонючую рыбу ему всё равно.
Внезапно в офис вошла соседская бабуля, к которой Дима прибежал утром с тросом. В одной руке её был костыль в другой пульверизатор для цветов. Подошла ближе, ближе, присмотрелась к Димочке, признала, и он обаятельно улыбнулся:
– Здравствуйте, Маргарита Паллна!!!
– Спас свою суженую от ирода, сыночек?
– Спас!
– А ирод-то каков из них?
Дима скромно указал пальцем на ничего не подозревающего босса Котиныча.
Бабуля подошла ближе, ближе и начала петь:
– Как подлый змей уползает, как птица улетает, как вошь прячется, так и ты, демон, поплатишься за свои деяния!!!
И все сотрудники ошалели, увидев как скромная Маргарита Паллна вдруг резко подкидывает костыль, перехватывает снизу и рукояткой сильно бьет по голове Олегу Константиновичу.
Раздался глухой, какой-то пустой звук. Котиныч прикрыл желтые глаза и начал мелко трястись от смеха. Его рот растянулся в безумной ухмылке, и он стал правда похож на демона.
Все приподнялись со стульев и диванов, застыли с круглыми глазами. Бабуська пригляделась, заметно испугалась, быстро побрызгала его из пульверизатора будто-бы святой водичкой, перехватила костыль и в ускоренном темпе пошаркала к выходу.
Обернулась и погрозила:
– Изыди, демон! Димка, много то не пей! Невесту ублажить не смогёшь!
После исчезновения Маргариты Павловны секунду стояла тишина, а следом грянул дикий хохот.
Марк быстро вскочил, сгонял в туалет схватил швабру и попытался воспроизвести приближение бабули и перехват костыля. У него не вышло так ловко.
Дима посмотрел на идиотов вокруг, распотрошенную пиццу, бутылки, встал, взял Нику на руки и вынес ее из этого бедлама. Ему очень хотелось романтики и отношений. Любви и цветов. Ласки и нежности.. Жениться ему хотелось, наконец! И поскорее, чтобы ничего больше не случилось.
На улице Дима поцеловал настоящую невесту по-настоящему и предложил:
– Деточка, давай сыграем в полицейского … пару раз ... и … поедем маньяка обезвреживать. Он мне уже пять раз позвонил.
Отец действительно названивал и даже отправлял грустные сообщения.
– Ой, а мы туфли фиолетовые заберем? У меня остались только кеды! – Радостно воскликнула Ника.
И Диме стало так стыдно, что он захотел себя побить.
«Цветочек… маленький несчастный цветочек, учится, работает, губки бесплатным вазелином мажет и мечтает о чужих туфлях! А я все это время других женщин наряжал … Еще и всерьез жениться собирался на этой пакости. Почему же я был такой ужасный человек!»
Он только собрался упасть на колени перед Никой, как из двери офиса Котиныч, важно потирая темечко, вышел провожать. Ему хотелось знать, какая степень обиды затаилась у главного инженера в душе. В принципе босс издеваться не собирался, но все так весело закружилось, да и наблюдать за Ракитиным было чрезвычайно любопытно. Прохиндей так тщательно маскировался, что пришлось советоваться с женой и делать ставки после её умных советов.
За Олегом Константиновичем на улицу вывалились подлизы и самые любопытные.
– Как нечестно использовать мои нежные чувства для личного обогащения! – обижено высказал Дима боссу.
– Я не выиграл, успокойся! - парировал Олег, - Я поставил, что она тебя сделает еще более грустным и несчастным. Диман, ты был почти женат! Вот ненормальный! Она бы на тебя раньше запрыгнула, если бы не объявил о женитьбе, иди... о ... тина!
Дима посмотрел на Котиныча несчастными глазами в которых застряло сожаление.
– Олег. Я бы не женился на другой, - ответил он трогательным голосом, - Не смог. Или сразу бы развелся. Извини, что я бил в глаз.
– Да ты лежал на мне всей тушей! Спину сорвал, противный! ... Ладно, прощаю, – расцвел Олег Константинович. – Но в воскресенье на самолет ты опоздать не должен! Иначе уволю Нику!
Босс умел управлял персоналом так, чтобы все хотели работать сверхурочно, и гонять в командировки по выходным.
А Ника думала: «как хорошо отдыхать на руках у Димочки, как прекрасно он целуется... ». Нике понравился брат Дмитрия Алексеевича Марик, который все время рассматривал ее и улыбался, как веселый кот. И Стася, его сильная жена, которая улыбалась, как Шварценеггер.
«А отец Димочки улыбается, как маньяк» – подумала Ника. – «Сегодня же извинюсь, они со мной, как с родной дочкой. Надо только покормить кота и обязательно... »
Она посмотрела на Дмитрия Алексеевича влюбленными глазами. Как надо посмотрела.
Дима понял, что скоро его мозг перестанет контролировать действия, опять возникнет недоразумение, и надо быстрее куда нибудь поехать. Он с чувством признался, при всех, почему был такой. От нежности. И на самом деле, Дима, как мужчина считал себя непорядочным.
Он до сих пор молился, чтобы любимая Вероничка не обижалась на полицейского. На то, что полицейский совершил и так быстро ушел тем ранним утром.
– Вероничка, милая, ты знаешь, я все полтора года хотел поцеловать тебя. Но ты была такая нежная, а я недостоин такой, как ты. Ты маленькая и невинная. Я не решался портить тебе жизнь.
– А разве можно любовью что-то испортить? – вежливо спросила Ника при всех.
Возникла тишина. Все задумались.
Дима с радостью в душе понес Нику к машине, а Стася сурово закричала вслед:
– Куда это вы собрались? Уж не в идеальное ли место?
– Кота забрать и да, в оно самое, к Нике. А потом в гости к родителям. – признался Дима. – С нами нельзя!
– Дим, ты должен понять! Я устала от него, давай мы с вами? Я трезвая за рулем. Иначе сегодня могу убить твоего братца навсегда. Я еще ничего не забыла! – Стася догнала и протянула руку, требуя ключи от машины.
Марк вернулся в офис, схватил две пиццы и бутылочку, смирно попрощался и снова погнал к машине. Он посмотрел на вспомнившую все его пакости жену, но все равно нагло уселся, как ни в чем не бывало, и включил громко музыку.
Стася не выдержала.
Марик получил подзатыльник и громко захохотал:
– Как я скучал, скучал, скучал! Стасон, скажи, что я лучший, а не Димон, а? Я от твоих слов кушать перестал!
Он демонстративно откусил кусок унесенной из офиса пиццы, хотя уже объелся, и стал противно чавкать.
Стася бессильно откинулась на сиденье, закрыла глаза. Марк был чумой, ненормальным, но единственным, кто никогда не давал ей сдачи. Хотя мог. Он или смеялся, или выл, или обнимал. А после поражения на соревнованиях мягко приговаривал: «Стасон, ты классно лежала, я аж влюбился заново».
И глаза у него красивые. Правда, разве можно любовью что-то испортить?
Глава 24 ...
💖Спасибо большое за внимание, понимание, оценки, подписки и Ваши комментарии. С любовью, Автор.💖
#рассказы #юмор #любовь #романтика и любовь #семья #истории из жизни #реальная история #жизненная история #романтические отношения