Русский след
Незамеченная война
Произошло уже более ста лет с начала Русско-японской войны. Как известно, началась она с внезапного нападения военно-морских сил Японии на корабли русской Тихоокеанской эскадры в Порт- Артуре. Но было ли это нападение внезапным?
В своих мемуарах «На службе трех императоров» генерал от инфантерии Николай Епанчин вспоминал: «С января 1900 года в Морской академии начались занятия военно-морской игры с целью проверки нашей боевой подготовки на Дальнем Востоке. Это было сделано по особому желанию Государя; старшим посредником был назначен адмирал Рожественский (тот самый, который в мае 1905 года приведет к Цусиме Вторую Тихоокеанскую эскадру), я был назначен посредником по сухопутной части. Для участия в этих занятиях я пригласил нашего военного агента в Японии полковника Генерального Штаба Самойлова, находившегося временно в Петербурге... он основательно изучил японскую армию и был вполне в курсе японских военно-морских дел. Он считал, что при тех условиях, в которых находятся наши войска и наша эскадра на Дальнем Востоке, при слабой провозоспособности Сибирского пути, трудности сосредоточения достаточных сил и снабжения их, нам крайне трудно будет вести успешно военные действия против японской армии и японского флота, которые он оценил как очень серьезного противника. Об этом он доносил военному министерству, но его донесениям не давали должной оценки... Замечательно, что адмирал Вирениус, командовавший японской стороной, решил начать военные действия без объявления войны, как это и было сделано японцами в январе 1904 года, ровно через четыре года... После удачного "нападения” на русскую эскадру у Порт- Артура ”японцы” высадились у Дальнего и обложили Порт-Артур...»
Предвидеть - не значит готовиться
Так что еще за несколько лет до начала войны русские генералы и адмиралы предвидели последствия внезапного нападения японцев на русскую эскадру. Почему же они пренебрегли этим предвидением?
Кризис в отношениях между Россией и Японией наступил в декабре 1903 года. Но царь Николай II легкомысленно решил, что беспокоиться не следует — дескать, «само рассосется». А уже в начале 1904 года японские дипломаты предъявили ультиматум российскому МИДу: или Россия удовлетворит требования Японии, или... Дипломатические отношения оказались на грани разрыва.
О возможности неожиданного нападения японцев в своей записке писал начальник главного штаба генерал-адъютант Виктор Сахаров: «Стремясь настойчиво к войне с нами, японцы, приступив к переброске своих сил в Корею, в интересах обеспечения этой операции могут сами напасть на наш флот в районе настоящего его расположения и тем парализовать значение нашей морской силы в пункте, имеющем для данной минуты решающее значение».
В этот же день о грядущем нападении японцев на наши корабли предупреждал управляющего Морским министерством адмирала Авелана и вице-адмирал Степан Макаров: «Из разговоров с людьми, вернувшимися недавно с Дальнего Востока, я понял, что флот предполагают держать не во внутреннем бассейне Порт-Артура, а на на ружном рейде. Пребывание судов на открытом рейде даст неприятелю возможность производить ночные атаки. Никакая бдительность не может воспрепятствовать энергичному неприятелю в ночное время обрушиться на флот с большим числом миноносцев и даже паровых катеров. Результат такой атаки будет для нас очень тяжел, ибо сетевое заграждение не прикрывает всего борта и, кроме того, у многих наших судов совсем нет сетей... Японцы не пропустят такого бесподобного случая нанести нам вред...»
Полный Порт-Артур
Фактически боевые действия между Японией и Россией начались с захвата японским кораблем парохода Добровольного флота «Екатеринослав» в 9 часов утра 6 февраля 1904 года в Корейском проливе.
А в ночь на 9 февраля японские миноносцы атаковали стоявшие у входа в Порт-Артур русские корабли. Вопреки предостережениям вице-адмирала Макарова и других адмиралов и офицеров, противоторпедные сети так и не были опущены.
В ходе ночной атаки японские миноносцы выпустили всего 16 торпед, из которых в цель попали 3. Миноносцы вели стрельбу одиночными торпедами с дистанции 1-2 кабельтовых, то есть почти в упор. Были повреждены броненосцы «Ретвизан» и «Цесаревич» и крейсер «Паллада». От полного разгрома русскую эскадру спасла нервозность японцев, которые мазали в упор и, кроме того, выпустили несколько торпед с невынутой чекой, то есть в небоеспособном состоянии.
Успеху японской торпедной атаки способствовало еще и то, что о разрыве дипломатических отношений в Порт-Артуре знали только сам наместник царя на Дальнем Востоке адмирал Алексеев и небольшой круг близко стоявших к нему людей. Ни комендант крепости, ни начальник 7-й Восточно-Сибирской стрелковой бригады, ни начальник артиллерии, ни начальник штаба крепости, ни крепостной интендант не были своевременно осведомлены об этом разрыве.
Вот так Россия вступила в неудачную для себя войну. Можно сказать, что она была проиграна еще в самом начале. Русские армия и флот были к ней абсолютно не готовы.