Учитывая пожелания наших читателей, мы решили рассказывать не только о зарубежных художниках-иллюстраторах, которые так или иначе в своих работах касаются мрачной тематики, будь то криминальные сюжеты, фантастика или мистика.
Подобное сюжетное разнообразие можно обнаружить в графике российского художника Кирилла Репина. В этой связи хочется вспомнить фразу из «Электроника»: «Мальчик с собакой в нашем городе – это символично». И перефразируя выдать: «В России художник с фамилией Репин – это поэтично».
Впрочем, поэтичность в данном случае амбивалентная. С одной стороны, она устремлена к очаровательным девушкам. С другой стороны, оные поданы зрителю в стилистике близкой к «пасмурному пин-апу». Часть работ является и вовсе провоцирующими, невольно вызывающими в памяти германский журнал комиксов «Швер металл».
Мы уже не раз отмечали, что нуар и пин-ап как явления массовой культуры являются своего рода «сводными родственниками», так как в итоге восходят к иллюстрациям палповых журналов, а потому нередко игривые картинки обнаруживают криминальную составляющую. В свою очередь всякого рода гангстеров или частных детективов могут сопровождать весьма легко одетые барышни.
Некое развитие подобного симбиоза пытался предпринять прославленный иллюстратор Грег Хильдебрандт, однако он так и не вышел за рамки некой пародийности происходящего на его рисунках. Аналогичное можно сказать и про работы Кирилла Репина. В них чувствуется некий ироничный подтекст, что позволяет рассматривать отдельные образы как своего рода игру смыслов.
По этой причине за основу берутся растиражированные и привитые зрителю «массовой культурой» образы весьма популярных и неоднозначных барышень: от Венди Аддамс до Харли Квинн – которые в соответствии с модой на нарушения запретов создаются подчеркнуто вызывающими.
Борьба с ханжеством и лицемерием оно, конечно, хорошо, но (увы-увы) в последних работах художника наблюдается тенденция к тому, чтобы делать ставку на откровенность, а не на развитие сюжетной истории. По этой причине известное количество изображений пришлось оставить за рамками данной публикации.
В то же самое время нельзя не отметить качественную работу с фактурами в ранних иллюстрациях, что вовсе не отменяет пластики лица, чем собственно нередко грешат иностранные художники. У них либо фон детально выписан, но лицо подано так, что напоминает маску. Либо наоборот, иллюстрация напоминает всего лишь портрет, будто бы вырванный из контекста мрачной истории.
В данном случае нельзя не отметить присутствующий в некоторых работах в высшей мере удачный симбиоз сюжетов, например, веретена из «Спящей красавицы» и яблока из «Белоснежки», которые в итоге дают в высшей мере «оригинальное прочтение». В указном случае это флакон «парфюмерии», что позволяет услышать отголоски «социальной сатиры» (или сатира всегда социальная?)