Если бы лейтенант Пирс Перес знал, чем закончится их поисково-захватническая операция сегодня, повлияло бы это хоть как-нибудь на его выбор? Вернее не на сам выбор, а на те, мучившие его сомнения относительно каждого исхода. Убрало бы это их?
Он крутил в своих руках выданный ему экспериментальный гаджет. Это был обруч с чуткими сенсорами на его внутренней стороне и кнопками с диодами на внешней. Он знал, как им пользоваться. В конце концов, его обучали этому в засекреченной части военной базы, где он служил.
Пирс вспомнил месяцы, проведенные в лаборатории, увешанным десятками датчиками, считывающих активность его мозга. Рука непроизвольно потянулась к выбритой линии на голове. Некогда выбритой. Сейчас волосы успели немного отрасти и на висках, идя через всю голову дугой, к затылку, линия уже больше не была абсолютно голой. Зато будто бы являла собой посадочную полосу специально для этого гаджета.
Пирс провёл много времени в тренировках под запись всех его показателей. Он решал головоломки, разные математические задачи и просто разгадывал загадки разной сложности: на смекалку, логику и креативность. Он также показывал всю свою физическую выносливость и силу. Демонстрировал ловкость и даже грацию. В общем, выдавал весь свой потенциал. Иногда даже удивлял самого себя.
И вот… спустя долгое время он должен был, что называется, выйти в поле и протестить устройство в деле. Вместе с его другом, которого также провели по всем проверкам и испытаниям.
Они говорили, что без этого не получится создать обруч, подходящий специально каждому. Устройство требовало индивидуального носителя. Если ты наденешь на себя настроенный под другого гаджет, то этим сыграешь в рулетку с дьяволом.
Пирс провёл рукой по гладкой поверхности обруча. Комфортности ему не занимать, тут ничего не скажешь. Да и в целом продукт, пожалуй, просто сказка для многих… если не для всего человечества. Чего только стоят его воспоминания, - то, что он умудрялся сохранить после того как снимал с себя устройство. Таким счастливым, как тогда под обручем, он себя никогда не чувствовал.
Пока работал обруч, Пирс знал, что был способен на всё. Все знания мира были доступны ему, стоило ему только сосредоточиться на них и начать разматывать их как клубок нитей, от вопроса до развернутого ответа уходило по времени всего 20 секунд, однозначно минуя годы изучения нужного материала.
Все желания когда-либо имевшие место в его голове – созревали подробным планом их исполнения и неслабым таким импульсом, побуждающим к их исполнению.
А сила… Вернее тут стоит обратить внимание не на саму силу, а на способности тела. Оно становилось таким подконтрольным, каким не бывают автомобили зимой на самой удобной зимней шине при идеальных дорогах.
Движения выверены до мелочей. Время, при желании, будто замедлялось и можно было спокойно сделать всё, что нужно относительно каждой ситуации. Более того, каждая реакция будто опережала своё событие. Да и интуиция росла как на дрожжах с каждой секундой использования носимого девайса.
Таковы были замечательные результаты от использования этого экспериментального гаджета. Снимать его не хотелось. Но когда это всё же происходило, ощущения, мысли, переживания будто бы вдвойне спутывались.
Может, дело было в ощутимом и резком контрасте между двумя кардинально разными состояниями, а может гаджет беспощадно исчерпывал все ресурсы мозга при своей работе. Это рождало в голове у Пирса много вопросов, вроде: насколько долго можно носить это устройство? Какой вред оно приносит и приносит ли? Какой основной принцип действия этого прибора?
Но на всё это ему отвечали только одно: использовать обруч абсолютно безопасно и переживаемое им после его снятия состояние, лишь следствие легкой дезориентации, наличие которой они, собственно, и пытаются если не устранить полностью, так, хотя бы, значительно уменьшить, сократить. Всеми опытами и проверками.
Но они уверяют его, - Пирса, - что всё абсолютно безопасно и это лишь определенной длины период переадаптации мозга. Это проходит без следа для психики. Он может им верить.