История про бороду, которая стала причиной отказа в предоставлении убежища, заставила еще раз задуматься как о требованиях России к мигрантам, так и об ожиданиях, правах и обязанностях последних.
История следующая. Уроженец Йемена въехал в Россию на Чемпионат мира по футболу. На самом деле, конечным пунктом была Европа, однако нелегальный перевозчик исчез с деньгами гражданина Йемена, который и застрял в Москве.
Не желая возвращаться на родину, он обратился с просьбой о статусе беженца. В московском Управлении по вопросам миграции ему велели сфотографироваться для заявления после того, как он сбреет бороду.
Йеменец возмутился – дескать, нет такого требования по закону, придираются. Бороду принципиально брить отказался и обратился с жалобой к правозащитникам.
Я читала и не переставала удивляться. Его ведь не просили сбрить бороду навечно, а только для фото. Он еще не легализовался, зато уже начал качать права. По-моему, перебор.
Этот случай вновь навел на размышления об иностранцах, которые приезжают на заработки в Россию. Власти заявляют, что без гастарбайтеров из стран Центральной Азии российская экономика не справится.
Звучат предложения о предоставлении временного дешевого жилья, доступных чартерных рейсах, обеспечении медпомощью и прочими социальными благами. Это неплохо. Люди, которые легально приезжают на работу, должны жить в человеческих условиях.
Но вопрос в том, что делать с мигрантами, которые русский толком не знают, культуру и обычаи ни понимать, ни принимать не хотят. Живут по своим законам и представлениям, порой очень далекими от наших.
Такие приезжие не интегрируются, потому что не считают нужным. Заботятся о том, как для начала заработать больше денег для отправки на родину, а потом осесть, гражданство получить и перетянуть к себе многочисленных родственников.
Власти заявляют, что решением для эффективной интеграции может стать обучение в моноцентрах по подготовке трудовых мигрантов, выезжающих в Россию. Пилотный проект стартовал в Ташкенте два года назад.
Мне стало любопытно, чему обучают кандидатов до того, как они пересекут российскую границу, а также насколько доступно и полезно это обучение.
Итак, подать заявку могут люди, достигшие совершеннолетия. Владеть профессией не обязательно, так как в центре есть курсы по специальностям строительной и технической направленности. Что важно – учеба бесплатная.
Кроме профобучения, есть занятия по русскому языку. Думаю, что это очень правильно. Из Центральной Азии массово приезжают сельские жители, которые даже не могут самостоятельно заполнить на русском языке простейшую анкету. Потому что русский в сельских школах если и есть, то, как правило, 1-2 часа в неделю.
И все же сомневаюсь, что благодаря моноцентрам резко повысится уровень знаний. Языку обучают 1-3 месяца, за которые учащиеся успевают запомнить около 500-600 слов. Впрочем, сотрудники центра утверждают, что этого для работы и общения вполне достаточно.
Также есть уроки этикета, на которых проходят культуру, законодательство, традиции и обычаи РФ. Цель – психологическая подготовка и адаптация к жизни за рубежом. Что именно входит в программу, информации нет. Хочется надеяться, что все же больше, чем 600 слов по теме.
Также мне непонятна сама система отбора. По логике, при подаче заявки на обучение, можно было бы проверить, есть ли запрет на въезд в Россию. По данным миграционного центра МВД РФ, он обнаруживается у 1,5% выпускников. Однако проверка происходит уже после курсов и после согласования вакансии с работодателем.
На мой взгляд, в некоторых моментах эффективность моноцентра спорная. Особенно с учетом того, что со времени открытия выпустилось 2,5 тысячи человек, а по статистике только в 2021 году в Россию на работу приехало более 3 млн граждан Узбекистана. Но как один из инструментов для интеграции подобные центры должны быть.
А как вы думаете, какие программы могут стимулировать мигрантов к интеграции, нужно ли это? Может, главное, чтобы закон не нарушали?