Продолжаю публикацию романа "Аллилуйя, Голливуд!", незаслуженно прерванную в своё время в угоду другим произведениям, на тот момент более интересным для меня.
Красивая сказка с интересными характерами и приключениями русской девчонки в Голливуде.
Глава Ребенка навынос будет завтра, мне нужно чуть больше времени на продумывание сложного сюжета и написание полноценных глав.
Ревность.
На следующий день у меня возникло ощущение дежавю, когда мы с Грейс шли после занятий: меня ожидал Стив. В машине. Он не вышел, он просто опустил окна в машине и смотрел, как я приближаюсь к нему. В душе моей взметнулся холодок, как у пойманной за руку нашкодившей девчонки.
- Похоже, подруга, тебе придется определиться, - как всегда мудро и по существу высказалась Грейс.
- Похоже, ты, как всегда, права. Пока, увидимся надеюсь. Ну не Отелло же он…
- Не Отелло, - «успокоила» меня Грейс мне вдогонку.
- Привет, - с тяжелым чувством сказала я, садясь в машину.
- Привет. Ты не занята сегодня?
- Нет, у меня не было особых планов.
- Поедем ко мне?
- Поедем, - ответила я, внутренне вздохнув.
Тягостное молчание всю дорогу закручивало во мне пружину тревоги. Мы доехали до его дома, поставили машину под навес, вошли в дом. Стив обнял меня сразу же, как только захлопнулась уличная дверь. Запустив руку в мои волосы, и держа мою голову, он начал целовать меня осторожно и в тоже время настойчиво, словно ожидая моей реакции. Он был так искренен и неожидан в своем порыве, так тактичен и одновременно требователен, что я открылась ему навстречу, подалась вперед. Сначала это было прямо возле двери, не раздеваясь, мне пришлось придерживаться рукой за вешалку, на которой раскачивались куртка и зонт, Стив перенес меня в спальню, где раздел и молча ласкал. Он утверждал себя, он был то нежен, то дерзок и почти груб, но только почти. И уже в глубокой ночи он, поправляя мои волосы за ухо, тихо сказал:
- Я видел тебя вчера с Робертом. Я понимаю, что ты уйдешь, не сегодня – завтра. Я не знаю, кто я тебе, возможно – никто. Возможно, я слишком осторожничал, скрывая наши отношения, и поэтому тебя теряю… Я не хочу этого. Скажи мне, что я могу сделать, чтобы ты осталась – я сделаю это.
Я задумалась. На сегодняшний день, при всем своем обаянии, Стив был «одним из» для меня, а не единственным. Если бы он был единственным, мне бы даже в голову не пришло принять ухаживания Роба. При этом глубина и искренность его чувств не просто тронула меня, она встревожила меня, всколыхнула во мне какие-то переживания, но я их ощущала так недолго, что затруднялась дать им хоть какое-то название. По крайней мере, он заслуживает искренности с моей стороны.
- Я сама не знаю, кто ты мне. У нас с тобой не было поводов обсудить это, и никто из нас не брал на себя подобной инициативы. Я знаю, что ты дорог мне, но, возможно, не настолько, чтобы остаться с тобой. Возможно, я чего-то еще не понимаю сейчас, и потом буду жалеть даже, но это будет потом. Мне хорошо с тобой, но меня уже уносит другим течением, и было бы нечестно тебе в этом не признаться. Ты заслуживаешь многого, большего, чем могла бы дать тебе я.
- Что-то вроде этого я и ожидал услышать… - Стив на минуту спрятал лицо в подушке. Потом поднял голову:
- Ты можешь остаться со мной до вечера? Вечером завтра я улечу на съемки в Европу, в Рим. Я еще не давал своего согласия, но утром позвоню своему агенту. Ты всегда можешь позвонить мне, и я всегда отвечу или перезвоню. Мой дом для тебя открыт. Я не обещаю быть верным, глупо было бы брать подобный обет, но если ты захочешь приехать ко мне – позвони.
- Да, конечно же, я останусь…
Мы спали часов до девяти, потом неспешно завтракали. Стив созванивался со своим агентом, о чем-то спорил и даже ругался. Возможно, его агенту сегодня прилетело то, что Стив не мог выплеснуть на меня. Мы прощались, было грустно и тихо.
Потом Стив отвез меня домой, к общежитию, вышел из машины, открыл мне дверь, помог выйти, аккуратно поцеловал в губы и сказал:
- Береги себя, если что – звони.
- Пока.
Я проводила взглядом его машину, прислушиваясь к своим чувствам. Среди густо замешанной сумятицы эмоций я четко могла дифференцировать ощущение свободы. И было еще что-то не очень приятное, наверное, это что-то собственническое, ведь он теперь не мой, он тоже свободен, он уехал… Что ж, баш на баш. Пока. Береги себя, Стив.
Рождество во Фресно.
Новый день принес новые заботы и как прилив, смыл рисунки на мокром песке, нарисованные накануне. Учеба воспринималась уже как работа. Работа – как учеба.
Незаметно приблизилось Рождество. Странно было наблюдать множество украшенных елок на улицах Лос-Анджелеса, особенно вдоль пляжа, на котором продолжали тусоваться любители загара. Санта Клаусам было жарко в своих костюмах и бородах. Новый год без снега не новость для Москвы, но там не увидишь под рождество людей в купальниках и плавках.
Рождество - семейный праздник, но мои родители далеко, да и католическое рождество им не придет в голову отмечать. У Роба по плану был массовый сбор своих жен и детей, со Стивом мы «расстались друзьями», и это не предполагало совместных праздников. Вся рабочая команда рассредоточилась по своим семьям, даже пиццерия Джулио работала в облегченном варианте. Мне же грозила перспектива одинокого рождества.
Грейс почувствовала мою предрождественскую неприкаянность и как добрая христианка и хорошая подруга, настояла на том, что не будет ничего неудобного и стеснительного для ее семьи, если она привезет с собой подругу. Я не стала отнекиваться, и, не задумываясь, согласилась на предложение Грейс поехать к ней домой.
Семья Грейс жила во Фресно. От LA до Фресно менее 400 км. Мы решили ехать на машине. По хорошей дороге не так уж и далеко, погода обещала быть неплохой. А, впрочем, даже если и пойдет дождик, мы же в машине.
Машину взяли напрокат. Хонду, «среднего возраста», и в очень хорошем состоянии. Да и что будет японской машине в хорошем климате. Грейс даже обещала пустить меня за руль. Около трети пути лежало через гористую местность, а большую часть дороги, как сейчас помню, мы проехали по трассе 99.
Грейс не обманула меня и действительно пустила за руль. Я же старалась ехать не быстро, дабы не искушать судьбу.
По дороге мы много болтали, в основном о семье Грейс. Она немного рассказывала мне и раньше, но в этой поездке я узнала много подробностей. Мать, Синтия, была домохозяйкой и для души занималась живописью, а кроме этого очень увлекалась кулинарией. Старший брат Билл и младший Рон помогали в бизнесе отцу. Старший был женат на рыжеволосой девушке Молли и жил на другой стороне города в своем доме вместе с пятнадцатью кошками. Как сдержанно сказала Грейс:
- Хорошо, что они на другой стороне города, по крайней мере, запах не доносится…
Младший брат Рон, двадцати лет, учился в местном колледже и по возможности помогал отцу Стивену в работе. Рон жил с родителями, постоянной девушки у него не было, а мамина стряпня его более чем устраивала.
Бизнес отца был в сети автосервисов и в продаже как новых, так и не новых машин. Салон с подержанными машинами находился через дорогу от салона с новыми, что было очень удобно делать трейд ин. В последнее время Стивен активно стал развивать такое направление бизнеса как прокат машин. Это направление казалось очень перспективным, потому как все больше американцев, уставшие от безумных трат за парковку, предпочитали иметь не собственный автомобиль, который всегда где-то надо было парковать, а брать напрокат авто: использовал и оставил в пункте проката, или где удобно. В общем, Стивен был человек умный и в меру рисковый, поэтому бизнес шел.
Грейс обещала, что у меня будет возможность сделать тест драйв любой машины, которая мне приглянется:
- Я скажу, что у тебя о-о-очень состоятельный ухажер, - Грейс не удержалась, чтобы не поддеть меня.
Грейс похвасталась, что её отец может достать на заказ любую машину, хоть Бугатти, хоть нашу Ниву, но оригинальные заказы бывают редко, средние американцы предпочитают корейские или японские машины: это хорошее качество и экономичность при адекватной цене.
- Американские машины слишком много едят бензина.
- А что же ты сама без машины при таком отце? Как у нас говорят, сапожник без сапог?
- Да мы с тобой как-то и без машины вроде обходимся нормально. Где мне её оставлять в LA? О ней ещё надо заботиться.
- И то верно.
- Отец говорит, что, когда закончу и найду работу, он предоставит мне возможность выбрать, какую хочу. В пределах разумного, конечно. Не Бугатти, точно. А ты бы, какую себе выбрала?
- Да я не знаю, кроме Жигулей я никакой и не водила.
- Жигулей? - переспросила Грейс, - не знаю такой машины. Покажешь?
- Покажу. В интернете. Я на ней водить училась и на права сдавала. У нас ее называют «классикой». На самом деле это такая машина советских времен. Наверное, тебе было бы забавно на нее взглянуть, боюсь только, ты ужаснешься, если устроишь тест драйв на ней. Про краш тест этой машины лучше не говорить…
Часа через четыре мы благополучно домчались до Фресно. Средний городок, примерно миллион жителей, но со своим аэропортом. Дом Грейс находился на улице, названной в честь одного из президентов, между парком Радио и Госпиталем Ветеранов. Нас встретила мать Грейс, миловидная тетушка с крашенными волосами пепельного оттенка. Было видно, что она нас ждала. Она радостно обняла дочь и меня заодно. Немного суетясь от волнения, она провела меня в комнату для гостей (я так поняла, что раньше это была комната старшего сына), а потом убежала к своим скворчащим сковородкам на кухню.
Уже через полчаса стол был накрыт, и, не смотря на неурочное время (уже не обед, но еще не ужин), нас с Грейс накормили и только после этого позволили нам уйти погулять.
Грейс показала мне свою комнату, мы посидели в саду на качелях, и ушли побродить по улицам. Грейс устроила мне небольшую экскурсию по городу. Правда, достопримечательности были не городского масштаба, а ее личного, что мне было гораздо интересней. Я увидела школу, в которой Грейс училась, стадион, на котором она выступала в группе поддержки школьной футбольной команды (да-да, девочки в коротких юбочках и с помпонами). Она показала мне даже скамейку в парке, на которой она в первый раз целовалась.
Если честно, такая экскурсия мне понравилась больше, чем если бы она рассказывала мне историю своего замечательного города. Любые места и вещи по-настоящему интересны только в своей связи с людьми, так же как любые события интересны в преломлении характеров тех, кто в них участвует и их инициирует. Так я на собственной истории ощутила влияние характера моей подруги Грейс. Но об этом позже.
Вечером состоялся праздничный ужин. По случаю нашего приезда собрались все члены семьи, включая старшего брата с женой.
На мое удивление, стол был обилен и разнообразен, почти таким столом встречали бы гостей в России. Вот только меню несколько отличалось. У меня оказалась замечательная возможность откушать и зеленого салата из огромной салатницы, и ребрышек в вине, и жареной кукурузы, и много чего еще, включая десерт. Мой аппетит откровенно радовал хозяйку, а после того, как Грейс рассказала, что я готовила русские блюда, Синтия взяла с меня клятвенное обещание устроить ей мастер класс русской кухни. Готовить я люблю, отпираться не стала. Отец расспрашивал меня о Москве, о том, какие машины предпочитают в России и много чего еще. Сыновья и невестка так же не отставали в своих расспросах. Было понятно, что сегодня я – гвоздь программы. Синтия периодически одергивала своих домочадцев словами:
- Ну, дайте же поесть девочке.
После ужина, не смотря на отчаянное сопротивление хозяйки, я приняла участие в уборке со стола, чем окончательно расположила к себе семейство. Мы еще немного поболтали с семьей уже на кухне, за стихийно продолжившимся чаепитием. А вначале одиннадцатого, затянувшийся ужин перешел в плавное прощание со старшим братом и его женой, потом ушли спать мать с отцом, Рон тоже пожелал нам спокойной ночи, и Грейс пришла в мою комнату. Мы обе упали поперек кресел.
- Устала? – спросила Грейс.
- Не более чем ты.
- Ну… Я дома. Как ты говоришь, дома стены помогают.
- Можно в принципе так сказать, хотя, чаще используют это выражение для других ситуаций.
- Давай-ка ты ложись спать. Завтра утром едем к отцу в автосалон, устроим тест драйв.
- Грейс, отвези меня завтра в какой-нибудь торговый центр, я бы хотела купить всем подарки. Ты ведь уже купила, наверняка, а я как-то неподготовленной оказалась, неудобно.
- Хорошо, отвезу. Спокойной ночи.
- И тебе хороших снов.
Продолжение
Ваша Ия