Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

"Мемуары Вальдемара" Глава I.

2. Новый дом. Ехали мы очень долго, всю дорогу я плакал. Оказавшись возле какого-то серого здания на окраине Краснодара машина остановилась. Я надеялся, что этот старичок привез меня к моим родителям, но зайдя внутрь мои надежды рухнули. Я увидел перед собой длинный коридор с высоким потолком и много белых однотонных дверей. Множество детских голосов доносилось из этих комнатушек. Я попал в детдом. Нас встретила очень толстая женщина средних лет с темными кудрявыми и очень засаленными волосами, злым лицом и натянутой раздраженной улыбкой. Она мне сразу не понравилась. Меня завели в какую-то небольшую детскую спальню с двумя небольшими кроватями, которая внешне напоминала кладовку, переделанную в нее, и эта толстуха «приказала» мне: - Раскладывай свои вещи и иди мыть руки, скоро будет обед. - Угу. – еле бубня произнес я ей в ответ. После этого непродолжительного диалога все, кроме меня, покинули комнату, а я сел на пол, обхватил руками свои колени и начал плакать. Я не мог осознать, чт

2. Новый дом.

Ехали мы очень долго, всю дорогу я плакал. Оказавшись возле какого-то серого здания на окраине Краснодара машина остановилась. Я надеялся, что этот старичок привез меня к моим родителям, но зайдя внутрь мои надежды рухнули. Я увидел перед собой длинный коридор с высоким потолком и много белых однотонных дверей. Множество детских голосов доносилось из этих комнатушек. Я попал в детдом.

Нас встретила очень толстая женщина средних лет с темными кудрявыми и очень засаленными волосами, злым лицом и натянутой раздраженной улыбкой. Она мне сразу не понравилась. Меня завели в какую-то небольшую детскую спальню с двумя небольшими кроватями, которая внешне напоминала кладовку, переделанную в нее, и эта толстуха «приказала» мне:

- Раскладывай свои вещи и иди мыть руки, скоро будет обед.

- Угу. – еле бубня произнес я ей в ответ.

После этого непродолжительного диалога все, кроме меня, покинули комнату, а я сел на пол, обхватил руками свои колени и начал плакать. Я не мог осознать, что это действительно происходит. Разные мысли посещали мою голову в тот момент, я, даже, был готов не общаться ни с кем всю свою оставшуюся жизнь, главное, чтобы мои родители сейчас зашли в это «помещение» и забрали меня домой. Мне было очень страшно, но, как оказалось, самое страшное еще впереди.

Через минут пятнадцать эта злая толстуха снова подошла ко мне и громким голосом начала меня отчитывать за, то что я ничего не сделал, подняла меня за руку и слегка подтолкнула в сторону коридора с словами «Иди ешь, жратва на столе».

Я зашел в столовую, и мне в глаза сразу бросилась еда, которой они кормят. Не то, чтобы я не был голоден, я очень хотел есть после долгой дороги, но те «помои», которыми они накрыли стол, я есть не хотел. В итоге мой обед состоял из пары ломтиков хлеба и стакана воды. Насытившись «чудным» приемом пищи я направился в комнату, решил разложить вещи и немного поразмышлять над тем, что происходит.

Время «протекало» очень медленно. Раздумывая над резкими переменами в своей жизни я пришел к выводу, что нужно, как можно быстрее, адаптироваться к этой обстановке.

Пока я сидел в своей комнате, ко мне заглядывал какой-то рыжий парнишка, наверное, хотел познакомиться или что-то еще, но я не придал этому значения, потому что был поглощен своими мыслями.

Неожиданно, я услышал звук уже знакомых мне шагов, доносившихся из коридора, «надзиратель-толстуха» звала всех на ужин. Она вальяжно зашла ко мне и сказала, что ужин готов. Я отказался от ужина, в надежде, что завтра будет что-то получше. Она долго меня не упрашивала, лишь ответила: «Ну и спи голодный», и прихлопнув дверью ушла.

Я решил расстелить кровать и лечь спать, надеясь, что это все сон, и утром я проснусь в своем доме, мама позовет меня завтракать, а отец будет сидеть за столом и читать свежий выпуск местной газеты.

Я ждал, когда закончится этот день, но как выяснилось позже, он только начинался…