В длительном дипломатическом упадке Америки можно частично винить милитаризацию внешней политики США. Последняя глава кризиса между Россией и Западом после окончания холодной войны пролила свет на пустоту американской дипломатии.
Мы далеки от тех дней, когда США умело представляли на мировой арене такие люди, как Час Фриман, Чарльз Болен, Ллевеллин Томпсон и Джордж Ф. Кеннан. Мы еще дальше от дней Джона Куинси, Чарльза Фрэнсиса Адамса и Джона Хэя. В США этот длительный дипломатический спад можно отчасти объяснить милитаризацией внешней политики США. Сегодня Государственный департамент вытеснен из процесса разработки политики, в котором доминируют его более скрытные и, следовательно, более влиятельные коллеги по межведомственному процессу.
Печальное выступление представителя Госдепартамента Неда Прайса на прошлой неделе свидетельствует о том, насколько унизительной стала нынешняя дипломатическая практика в Вашингтоне. С трибуны пресс-центра Госдепартамента Прайс обвинил Россию в «планировании сфабрикованных атак украинскими военными или спецслужбами в качестве предлога для дальнейшего вторжения в Украину». Он утверждал, что у США есть «видео с графическими сценами ложных взрывов - с изображением трупов, участников кризиса, притворяющихся скорбящими, и изображениями разрушенных объектов или военной техники - полностью сфабрикованными российской разведкой».
Мэтт Ли из Associated Press сразу же указал, что Прайс не представил «никаких доказательств, подтверждающих» обвинение. Ли продолжил: «Каковы доказательства того, что они - я имею в виду, это - как «актеры кризиса»? Действительно? Это похоже на территорию Алекса Джонса, на которую вы сейчас попадаете. Какие у вас есть доказательства, подтверждающие идею о создании какого-то пропагандистского фильма?»
После долгого обмена мнениями, в ходе которого Ли доблестно, хотя и безуспешно, пытался заставить Прайса представить хоть какие-то доказательства этих обвинений, Прайс закончил его таким образом, сказав Ли: - «Если вы сомневаетесь в доверии к правительству США, британскому правительству, правительства других стран и хотите найти утешение в информации, которую публикуют русские, это вы и должны делать».
Другими словами, Прайс обвинил Ли в том, что он стал легкой мишенью для российской пропаганды, потому что он отказался принимать бездоказательные обвинения за чистую монету. Давняя марионетка национальной безопасности и разведки, неприязнь Прайса к России (а также к репортерам, основанным на реальных событиях, таким как Мэтт Ли) точно отражает взгляды, которых придерживается внешнеполитический истеблишмент США в целом: Россия - консервативное общество, а не ужасно впечатленная новыми, постоянно меняющимися и все более сбивающими с толку общественными нормами Америки страна, это не просто стратегический противник, это цивилизационный враг.
Излишне говорить, что политические последствия второкурсных обвинений Прайса (и его кураторов в Foggy Bottom) реальны и опасны. И одна из причин, по которой такие люди, как Прайс, продолжают вести себя в том же духе и беспечно пренебрегают фактами, доказательствами или логикой, заключается в идее, - теперь доминирующей в Вашингтоне, - что мир разделен между добродетельными демократиями, такими как США, и злонамеренными авторитарными режимами, такими как Россия.
Истории, которые Вашингтон рассказывает себе о «демократиях» и «авторитарных режимах», представляют собой пагубную дихотомию, которая уже во многом отравила саму концепцию дипломатии. Действительно, во время правления Дональда Трампа члены предыдущей администрации предпринимали попытки криминализировать то, что когда-то было обычными дипломатическими действиями, действиями, в которых они сами участвовали. Но сейчас преобладает мнение: почему мы должны пройти милю в ботинках автократа? Владимир Путин не является демократически избранным лидером, поэтому его внешняя политика ipso facto нелегитимна. Но поскольку в США проводятся свободные и честные выборы, наша внешняя политика - какой бы она ни была, включая незаконные вторжения, оккупации и убийства с помощью беспилотников - несет печать легитимности.
В конце концов, миф о демократической подотчетности в формировании и практике внешней политики США обеспечивает государству национальной безопасности самую мощную защиту от критики. Это также, как мы видели, устраняет в коллективном сознании внешнеполитического истеблишмента США необходимость в настоящей дипломатии.
ДЖЕЙМС КАРДЕН, бывший советник Госдепартамента США.