На площадке, где мы обычно гуляем, есть свой постоянный состав. Некоторых я знаю визуально, с другими даже общаюсь. Есть одна семь: я часто видела маму и ее сына. Мама очень бойкая, выдающаяся девушка средних лет с шикарной фигурой. Но в то же время чувствуется, что в ней нет спеси. Она своя. С ней можно легко заговорить. Я наблюдаю за ними с раннего возраста ребенка. Как только мальчик начал бегать, они стали приходить на площадку. Может, с 1,5-2 лет. Мимолетом я слышала, как она разговаривала с кем-то по телефону о будущей работе; о том, что скоро она собирается выходить из отпуска по уходу за ребенком. Собеседник приглашал ее к себе работать, и она хотела соглашаться. Мальчик был очень подвижный: бегал туда-сюда. И вроде все хорошо было. Потом мы случайно встретились в поликлинике. Они проходили медосмотр к садику. Я помню фразу, которую она сказала своей знакомой: «Сколько можно дома сидеть, ек- макарек». Я с ней согласилась. Про себя, конечно. Но тут мне бросилась в глаза одна деталь: мальчик вел себя агрессивно. Он приставал к другим детям, отбирал игрушки. Мама его одергивала, но это не имело смысла. Ещё мальчик плохо говорил. Через некоторое время все встало на свои места. У мальчика оказался аутизм. Позднее маму с ним мы часто встречали на улице. Он был сам по себе, постоянно в движении, мама гонялась за ним, едва поспевая. Он до сих пор не разговаривает. Мальчик пытается, но получается нечленораздельно. Может подойти и отобрать игрушку у любого ребенка. Мою дочь однажды стащил за капюшон со снегоката, чтобы сесть самому.
Вот так бывает в жизни. Я очень сочувствую этой девушке, амбициозной и сильной. Не жалею, но мысленно подбадриваю ее теплыми пожеланиями. Это действительно та ситуация, когда все планы на будущее разбиваются о суровую и печальную действительность. И ничего с этим не поделать. Это не временно. Это на всю жизнь. Я восхищаюсь ее стойкости и каждый раз желаю ей терпения, энергии следовать за сыном и возможности как-то приспособиться к таким жизненным условиям.
Милые мамы, удачи вам!