Нехватка древних и раннесредневековых тюрко-монгольских письменных источников права (как, например «Закон судный людям» дунайских болгар и т.д.), выявляет необходимость обратиться при изучении истории права тюркских народов к другим, косвенным или дополнительным источникам, в частности, и к фольклору, памятникам народного творчества.
Фольклор, по большей части, отражает частноправовые отношения в обществе. Так, в эпических сказаниях пережитки матриархата в древнетюркском обществе проявляются в брачных поединках героев с невестами, в образах богатырских дев. В кыпчакской (башкирской) версии сказания, Алпамыш побеждает в брачном поединке Барсын-хылу и делает женой.
Власть отца и мужа в тюркском обществе так же находят свое подтверждение в памятниках устного народного творчества. Так, в татарской версии эпоса Алпамыш, находясь в заточении в зиндане, просит своего друга через решетку передать жене Сандугач, чтобы она ждала его пять лет. Если он (Алпамыш) не возвратится через пять лет, Сандугач становится свободной женщиной и будет вольна распоряжаться своей дальнейшей судьбой.
Сватовство – древний брачный договор, весьма практиковавшийся у большинства народов мира с некоторыми разновидностями и вариантами. Среди тюрков был распространен и обычай сватовства малолетних или еще даже не родившихся детей. Так, большинство вариантов тюркского дастана «Кузы-курпяч и Баян-сылу» (как у башкир, так и у татар имеются около двадцати вариантов и версий этого дастана), происхождение которого принято относить к Х в., начинаются с того, что двое приятелей договариваются о женитьбе своих будущих детей в случае, если у одного из них родится сын, а у другого дочь.
В татарской версии Алпамыш, чтобы выбраться из заключения, обещает дочери враждебного хана Кылтапа, бросившего его в зиндан, жениться на ней. Однако после того как с ее помощью как выбирается из зиндана, Алпамыш тайно сбегает из дворца хана Кылтапа и направляется к жене Сандугач. Здесь мы видим отголоски и пример, пусть вынужденного, но устного брачного договора, который заключается непосредственно между женихом и невестой, но, так же не учитывающего мнения родителей. Надо думать, что обман Алпамыша и его побег «из-под венца» это наслоение, связанное с чисто сюжетной линией эпоса.
Из фольклора можно извлечь информацию и о преступлениях и наказаниях в древнетюркском обществе. В народных сказаниях тюркских народов мы часто видим, что героя нередко заключают в зиндан (подземная тюрьма, темница). Трудно сомневаться в том, что предки башкир и татар также имели веские причины для заключения подозреваемых под стражу или ареста виновных. Отзвуки этого мы можем найти в народном фольклоре. Так, в татарском дастане «Алпамыш», Кылтап-патша захватывает Алпамыша в плен и бросает его в глубокую яму специального назначения – зиндан, где тот проводит несколько лет.
В народном фольклоре можно найти намеки и другие виды наказания (казни). В предании об «Алпамше» хан Кылтап повелевает своей дочери и старухе, сопровождающей ее посыпать на героя, находящегося в зиндане, особый яд. Это вещество было способно не только убить, но и уничтожить останки человека. Несмотря на то, что здесь этот акт выглядит как чистое убийство, учитывая то обстоятельство, что в древних и средневековых обществах казнь посредством предоставления яда (отравления) приговоренным к смерти было не таким редким явлением, мы можем предположить, что булгары могли использовать и этот способ наказания виновного.
По сюжету эпического произведения «Алтан Саин Суме» герой-богатырь идет выбирать себе коня. Раб-табунщик, к которому обратился герой, обвиняет его в воровстве, за что тот жестоко расправляется с табунщиком. Известно, что в древнетюркском обществе, как кочевнической среде, конокрадство считалось тяжким преступлением и, как правило, каралось смертной казнью. Как видно из этого сюжета, даже обвинение в конокрадстве могло привести к печальным последствиям.
Таким образом, мы можем констатировать, что фольклор, памятники устного народного творчества могут служить источниками по истории права. В данном случае, на основе некоторых данных фольклора башкир и татар можно выявить у их предков особенности частноправовых отношений (брак, семья, сделки и пр.), преступлений и наказаний, виды запретов (табу).