В конце мая 2023 года Республика Бурятия будет отмечать 100-летие со дня образования Бурят-Монгольской Автономной Советской Социалистической Республики (БМАССР). Эта дата затеняет собой другую, быть может, более славную дату в истории бурятского народа — 25 апреля 1917 г. — дату образования государства Бурят-Монголия (Буряад-Монгол Улс), которая была создана бурятскими национальными демократами в период межвременья в России после Февральской революции.
Государство Бурят-Монголия было признано Советами в 1918 году, а затем и «Правительством Забайкальской области» атамана Семёнова. Хотя это государство существовало недолго — до 1921 г, — удивителен сам факт его создания. Это было первое независимое демократическое национально-государственное образование бурят-монголов в истории.
Удивительно и другое. Каким образом из царского захолустья, медвежьего уголка самодержавной России, каким являлись Забайкальская область и Иркутская губерния, появились молодые люди, пассионарии, создавшие это государство. Хотя, может быть, в этом нет ничего удивительного: жесточайший гнёт, которому подвергались народы царских окраин, бесправие и унижение железной рукой заставили понять вождей этих угнетаемых народов, что только выходцы из их собственной среды могут стать их настоящими защитниками. А чтобы создать такую национальную элиту, нужно было дать возможность талантливой национальной молодёжи получить наилучшее образование.
Элбэк-Доржи Ринчино пишет в своей автобиографии, что его образование оплачивал союз эхиритских родов, ведомства бывшей Баргузинской степной думы. Как известно, он обучался в Томской гимназии, а затем на юридическом факультете Санкт-Петербургского университета и это образование позволило ему в дальнейшем уже самому добывать необходимые знания путём самообразования. Эти учебные заведения дали ему фундаментальное образование, потому что он блестяще проявил себя в самых разных областях человеческой деятельности: в политике, дипломатии, военном деле, публицистической деятельности, филологии и т.д. — круг его компетенций, говоря современным языком, был обширен. Разными путями бурятская молодёжь получала образование. Например, Михаил Богданов вырос в зажиточной семье. Окончив Иркутское городское училище, поступил в Казанский учительский институт. Затем слушал лекции в Томском, Санкт-Петербургском, Берлинском, Цюрихском университетах. За время учёбы Богданов овладел английским, немецким, французским и другими языками. Другой видный деятель национального движения — Цыбен Жамцарано. Начальное образование он получил, окончив Читинское городское трёхклассное училище. Был студентом Иркутской учительской семинарии. После окончания её с августа 1901 года стал учителем Агинского приходского училища. Вскоре в его жизни произошло знаменательное событие. Буряты Агинской степной думы «на полном суглане» решили послать Цыбена Жамцарано и Базара Барадина на учёбу в университет, для чего выделили «денег ежегодно восемьсот (800) рублей обоим в течение четырёх лет». Так при материальной и моральной поддержке своих земляков Цыбен стал студентом Санкт-Петербургского университета с осени 1902 года. И ещё один активнейший деятель бурятского национального движения — Даши Сампилон. Окончил с отличием Агинское приходское училище. После учёбы в Московской земледельческой школе Даши поступает в Московский сельскохозяйственный институт (ныне — Московская сельскохозяйственная академия имени К.А. Тимирязева).
После Февральской революции российский народ жил в ожидании созыва Учредительного собрания, которое бы демократически определило дальнейшую судьбу страны. Ждали созыва этого собрания и бурятские национальные демократы. Подавляющее большинство общественных работников Бурнацкома были членами или сочувствовали партии социалистов-революционеров (эсеров). Причины такого особого пристрастия две: во-первых, в программе именно этой партии был глубоко и детально разработан национальный вопрос, который решался путём предоставления широкой автономии для национальных меньшинств. Это, безусловно, импонировало лидерам бурятского национального движения, во-вторых, социальной базой для своей партии эсеры видели крестьянство. Практически всё бурятское население попадало в эту социальную категорию.
Развитие национального движения в предфевральский период показывает его довольно широкий размах, обеспечивший быстрое создание органов самоуправления —буквально в следующий месяц после свершения революции. Важную роль в этом сыграла активная деятельность национально–демократической интеллигенции, оказавшейся способной организовать и сплотить вокруг себя народные массы.
Национальные демократы творчески подходили к строительству этого государства. Например, аймачная автономия сознательно была максимально приближена к системе национального самоуправления, существовавшей до начала XX века, вплоть до того, что председатель Баргузинской аймачной земской управы назывался Баргузинским аймачным тайшой. Она строилась по схеме сомон-хошун-аймак, основываясь на автономии, которой буряты пользовались по уставу 1822 г., отличаясь от неё тем, что её низовая административная единица строилась на территориальном принципе, а по уставу Сперанского — на родовом. Относительная лёгкость, с которой организовывались бурятские аймаки в 1917 году, объяснялась тем, что они почти совпадали с территорией ведомств Степных дум. Лидеры бурятского национального движения, безусловно, учитывали это очень важное обстоятельство. Проект автономии содержал идею слияния земских органов управления с традиционным национальным самоуправлением, существовавшем до начала осуществления в России волостной реформы.
Теоретически самый кардинальный способ защитить этнос от культурной ассимиляции и создать условия для его дальнейшего самобытного развития — создать моноэтническую национально-территориальную автономию. Лидеры бурятского национального движения никогда не отказывались от таких попыток. В настоящее время одной из самых жгучих проблем бурятского общества является вопрос сохранения языка. Порой создаётся ощущение, что эта проблема забалтывается. Федеральный центр охотно выделяет деньги, даже хорошие деньги, на проекты по сохранению языка, но воз и ныне там. Национальные демократы видели решение этого вопроса именно в создании моноэтнической национально-территориальной автономии.
В письме к Даши Сампилону, написанному в конце 1918 года, Элбэк-Доржи Ринчино пишет: «Мы, буряты, и только мы сумели по всей России сохранить органы, избранные всеобщим голосованием. Мы и только мы не допустили в своей среде анархии и большевистской свистопляски. Мы и только мы доказали свою способность к государственному мышлению и поведению. Провал русских и русских партий в области государственного и социального строительства ясен и не требует комментариев. И поэтому мы, буряты, до Учредительного собрания, до установления твёрдой и всеми признанной государственной власти не можем, не имеем права связываться и подчинять наши учреждения, добытые и организованные с таким трудом с русскими, всякими «временными» учреждениями, возникшими в захватном порядке, и никто не имеет и морального основания требовать, чтобы мы пошли на это. Пусть эти временные и т.п. учреждения поучатся у нас государственному опыту и берут пример с нас и строят своё прочное и постоянное управление, а потом приглашают нас к подчинению и т.д.». Сколько в этих словах гордости за свой титанический труд!
К величайшему сожалению, это выдающееся достижение лучших сынов бурятского народа — государство Бурят-Монгол Улс, было разрушено в результате последующего развития событий, а затем и предано забвению. Более того, даже создание национальными демократами, в последующем, бурят-монгольской автономии в составе СССР, также предаётся забвению. Об этом можно судить по тому, как в этом, 2021 году отмечался день рождения автономии. А отмечался он так, как будто эта автономия свалилась на нас с неба и история нашей автономии начинается с 30 мая 1923 года. Все эти стыдливые попытки официальных властей скрыть от народа истину представляют собой жалкое зрелище. Мы живём в век Интернета — любая информация доступна кому угодно, как говорится, шила в мешке не утаишь.
Есть свидетельство, что Элбэк-Доржи Ринчино приезжал к нашему великому йогину Цыдену Соодоеву. Они подолгу беседовали. Соодоев ему предсказал: «Вы получите хорошее образование и будете иметь возможность принести много пользы своему народу, только вот сбудется ли это?». И вот теперь мы можем понять, как можно интерпретировать эти слова, сказанные Соодой ламой.
В любом случае национальные демократы задали последующим поколениям высокую планку, они показали нам, как могла бы быть устроена жизнь в независимом демократическом национальном государстве, где народ сам, без оглядки на кого бы то ни было, решал свои задачи.
Цыбиков Б. Н.
#бурятия #монголия #история #государство #калмыкия #буряты #республика бурятия #монголы #ссср #национальность
