Много времени прошло с тех пор, когда я была маленькой, с тёмными прямыми, как соломка рассыпчатыми волосами, курносой девчонкой с пухлыми щеками и не по-детски взрослым, иногда угрюмым взглядом... Восьми летний человек, рассудительный и иногда понимающий больше, чем могла сказать... Молчаливая, погруженная в свой беспокойный мирок. Мне казалось, что волнение, никогда не прекратится и повод, для этого, как нарочно подстерегал на каждом шагу.
Жили мы с мамой и братом в городе, в крохотной квартире. В ней была одна комнатка и кухня. Комнату разделили пополам плотной занавеской, одна часть была гостиная, другая наша с Ваней. Мы засыпали там в своих кроватках, иногда перебрались в одну и погружались в сон, обняв друг друга маленькими ещё не набравшими сил ручонками, но так крепко.. Им казалось, что роднее друг друга, никого нет. Возможно так и было... Мы вдвоём против всего мира... Брат был младше на 3 года, я его всячески оберегала, заботилась... Вставала на защиту, перед кем бы не приходилось защищать... Бежала и была щитом, перед соседским мальчишкой задирой, который, то камнем кинет, то палкой... Понимала, что кроме меня, заступиться некому, а он был ещё совсем несмышленыш, доверчивый и очень славный, добрый мальчик. Мама была заботливой, доброй, когда мы её видели. Она работала нам казалось бесконечно... Приходя домой, она немного поев, приготовь нам, уложив спать, тоже. Тяжёлая работа и безысходность, но по большей части, я хочу так считать, что из заботливых побуждений, чтобы мы окрепли, набрались сил и были под присмотром, мама отправляла нас на лето к тёте Шуре в деревню, километров 200 от нашего города. Не стало исключением и это лето... Нам объявила мама, вернувшись домой поздним вечером, что на завтра куплены билеты и в обед мы уезжаем. После она собрала нам небольшой рюкзак, все самое необходимое и поцеловав, уложила спать.
Тётя Шура - мамина старшая сестра, жила одна, детей у неё не было. Хоть мы были и родней, но кажется кровная связь не обязывает любить. Чрезмерно строга и иногда совершенно несправедлива. Мнение её превыше всего. Однажды она наказала Ваню, застав его с маленьким ведерочком, в которое он положил горсточку овса для кур... Он хотел покормить, сказал, хотел помочь т. Шуре и гордился своей помощью. Но она не поняла... Вырвала из рук ведро, фыркнула, схватила его за руку и потащила в дом. Ванечка расплакался, от Обиды слезы лились не переставая. Заперла его в комнате и сказала сидеть, думать о своём поведении.
И вот мы едем... Взявшись за ручку, не шевелясь, как мама наказала, ждём прибытия поезда. Тётя Шура нас встретила. Обняла, нам показалось это странным. Сказала, что все подготовила к нашему приезду... Удивительным было и то, что она наняла машину, чтобы мы доехали до её дома. Обычно мы с пересадками волочились, с тяжёлыми сумками, экономили.. Копейка рубль бережёт-говорила она... Мы немного устали и проголодались. Зайдя в дом, разносился приятный запах пирожков и запретного с листочками смородины чая.. Мойте руки и за стол, скомандовала тётя Шура. Мы с Ванечкой уселись и улыбаясь друг другу, что наконец на месте и в безопасности. Нам налили по тарелочке супа и дали по пирожку, мы быстренько все съели и бегом помчались в свое убежище. Там было чисто, казалось только, что постелены новые кипельно белые салфеточки, наволочки и лёгкий, дышащий дневным светом тюль. Легли на кровать, как прежде обнялись и уснули... Решили держаться вместе.. Проснулась от того, что светлые волосики Вани, щекотали мне нос. Я улыбнулась и поцеловала его розовенькую щёчку. Мы немного осмотрелись в доме, в саду... Ничего не изменилось, все было, как прежде. Яркие цветочные горшки обрамляли огромную веранду, скамейка под яблоней, где было наше укромное место, ждала нас.
Прошло несколько дней, мы просыпались, завтракали, рисовали, гуляли по саду... Я читала Ване рассказы и сказки о далёких странах, великих капитанах, полководцах и забавных, а иногда и опасных путешествиях.
Тётя Шура занималась хозяйством, нас она не замечала. В её обязанности входило нас покормить, уложить спать и присмотреть, чтобы мы никуда не пропали.
Соседские ребята звали нас неоднократно на озеро, неподалёку. Там они рыбачили, ловили стрекоз сочками и купались.
Однажды утром, Ванечка обнял меня за шею и повис. Пойдем, пожалуйста, на озеро... Пойдём... Сходим на часок и обратно вернёмся, никто и не заметит. Ой, как Хочется посмотреть на озеро и ножки помочить. Я сдалась, мне тоже жутко надоело сидеть в запрети. Мы пробрались вдоль забора и тихонечко открыли калитку. Дорогу по описаниям ребят мы примерно знали. По тропинке, через небольшую березовую рощицу... Мы нашли тропку быстро, шаг за шагом и оказались перед озером. Берег порос камышами и высокой травой. Мы немного отошли в сторону и увидели песчаный пляж. Запрыгали от счастья!!! Ура!!!! Ванька не дожидаясь меня сбросил с ножек сандали и пошлепал по воде... Какая у него была солнечная улыбка, он не мог поверить, что он здесь. Мы присели на тёплый песок, болтали о том, как мама там без нас, скучает наверное. О том, как поживает наш котенок Васька, Ваня его очень любил и вспоминал о нем каждое утро. Васька будил его, облизывая носик. И так нам было хорошо, спокойно... Посидели немножко, Ваня проголодался. Когда шли через рощу, видели ягодки земляники, на освещенных солнцем полянках. Ванечка, посиди здесь, никуда не отходи, я сейчас за ягодами схожу. Я быстро. Побежала. Набрала в юбочку земляники и вдруг слышу: Аня... Помоги.. Я боюсь... Плач... Бросила ягоды и побежала... Подбегаю, а Ваня пока меня не было забрался на плот, который скрывался в камышах и стал отплывать от берега... Мне стало так страшно, как больше никогда не было... Я бросилась в воду, но плавать я не умела... Зашла по пояс, но плот был слишком далеко. Ванечка, милый, не бойся... Я сейчас. Стала звать на помощь, но никого не было рядом. Страх сдавил горло и стало трудно дышать. Ванька рыдал, сидел на плоте и боялся пошевелиться. Я ничего не могла сделать... Я не могла решиться оставить его одного.... Но делать нечего, больше ничего не оставалось, как бежать за помощью. Сиди смирно, я сейчас. Держись, не бойся... Ванька, держись. Не помню, как добралась до тёти Шуры. В слезах рассказала... Она схватилась за голову, но быстро сообразила, что нужно позвать соседа. Мишкаа, закричала она... Мишкаа. Он работал в городе.. Помоги, наш мальчик на озере один, он может утонуть, помогиии. Добежали до озера.. Ваня отплыл ещё дальше... Ручки его вцепились в плот... А слезы огромными каплями капали... Подбородок дрожал. Дядя Миша в одежде бросился в воду. Доплыл в два счёта... Ныряя под воду, толкал плот. Добрались до берега, я схватила за руку Ваню его крепко сжала его
... Тётя Шура, упала на коленки и стала нас обнимать и целовать. И долго взахлёб плакала. Родненькие мои, простите тётку... Простите... Не замечала я вас, не уследила... Простите. Взявшись за руки, дядя Миша понёс Ваню на руках, побрели домой.
Прошла неделя... В тёте Шуре, что-то поменялось, смотрела на нас с добротой... Стала читать нам перед сном... Чаще разговаривала... И на прогулки ходили... Она показала, где играла в детстве... Любимые места... И мы поняли, что без спроса лучше не уходить и быть осторожнее...