Демон ночных кошмаров неторопливо гулял по улицам. Укутанный в кожаный плащ, с элегантной шляпой на голове, он казался обычным широкоплечим высоким мужчиной, взгляд обывателя не мог увидеть в нем пришельца из другого измерения. Он ненадолго останавливался у спящего на скамейке бездомного, и в свете тусклых фонарей струился из его рук чёрный туман. Полосы едва заметного дыма проникали в уши жертвы и растворялись в мозгу, находили, вытаскивали на поверхность самые затаенные страхи, смешивали их в невообразимые комбинации и снимали сливки первобытного ужаса. Чуть позже человек в плаще отходил и, насвистывая, шел дальше. За его спиной оставалась жертва, погруженная в жуткие кошмары, из которых только один выход – рассвет. Демон поправлял шляпу, едва прикрывающую рога, и отправлялся на поиски новой жертвы. Почти месяц он здесь, наблюдает за Игрой и уже не так голоден, как в первые дни, спокойно выбирает себе пищу. Свет неоновой рекламы упал на демона, выделяя крупные, грубые, будто высеченные топором черты: широкий нос, крупный рот, тяжелый подбородок. В тени шляпы остались черные глаза, из которых струилась, вытекала невесомая мгла. Он очень любил Лондон в канун Самайна и завершения Игры – и любил бар «Перекресток», с контингентом из существ разных измерений. Самое время пропустить стаканчик, решил демон и завершил ночную охоту.
Он сидел за стойкой бара «Перекресток» и методично, с чувством поглощал свои заказанные пинты. Посетители избегали его компании, держались подальше, группками заняв столики, но к одиночеству он привык. Компанию ему составлял молчаливый бармен-фэйри и собственная шляпа на стуле рядом. Демонов ночных кошмаров не любят даже другие демоны: создания тьмы тоже видят сны, можно попытаться представить, какие вещи могут их напугать. Криминальные сводки людей покажутся детским лепетом. Он играючи достает из глубин подсознания любого существа первобытный ужас, способный заставить оглядываться даже демонов ярости, а хуже и страшнее их братии, творящей в боевом угаре невероятные по жестокости вещи, сложно представить. За это его обычно пытаются прикончить при любом удобном случае. И проигрывают. Демон, пирующий злыми снами, помимо прочих недостатков, являлся искусным воином и потрошил противников любимым серповидным клинком. После пыток кошмарами, конечно.
Здесь, в Пограничье миров, его мрачность явственно ощущали способные к повышенной эмпатии особи всех видов, что уж говорить о случайно забредших в бар людях, но убить не пытались. Можно сказать, что бар – его любимое место во всех измерениях. Хрупкие человеческие создания здесь не задерживались: разворачивались, едва переступив порог, либо после первого заказа, так что обычно компания собиралась из «своих». Не для людей это секретное лондонское место. Особенно накануне Самайна.
– Простите, здесь свободно?
Демон поднял черные глаза на нарушительницу его уединения, затем посмотрел в другую сторону, где сиротливо стояли высокие деревянные стулья, до блеска натертые задницами сотен и сотен посетителей.
– Это ты мне? – на всякий случай уточнил он, подпустив в голос раздражения. Высокая черноволосая девушка с искусно подведенными голубыми глазами совершенно не стушевалась.
– Тебе, – не ожидая ответа, она забралась на ближайший стул слева и сделала заказ. Потрясающее самообладание для человека. Он окинул взглядом стройные ноги в синих джинсах и красную парку. Кончик длинноватого носа слегка покраснел от холода, что в принципе приятной картины не портило. Демон невольно задержал взгляд на лице и остался доволен. Хотя какое ему дело до этой пухлой нижней губы, которая так и просится, чтобы прокусили и слизнули каплю крови.
Равнодушный бармен сполоснул стакан, наполнил и слегка толкнул по стойке в направлении посетительницы. Демон отвернулся и в один долгий глоток осушил очередную пинту. Девица сейчас уйдет, и он снова останется в привычном одиночестве. Он задумался об Игре, ради которой, собственно, он и явился в Лондон. Интересно, в этот раз победят открывающие? Он искренне за них болел, но за все годы древние боги так и не сумели проникнуть в мир людей. Игра собирала множество наблюдателей ежегодно, потому в баре сейчас нет недостатка в посетителях: существа иных измерений ждали зрелища. Странные создания Земли, методично и целенаправленно пытавшиеся уничтожить свой дом, удивительным образом притягивали к себе, позволяя питаться своей разрушительной силой многим существам. За спиной бармена висела доска, на ней разными маркерами делались пометки о ходе Игры. Сколько выявлено открывающих, сколько закрывающих, делались ставки на исход состязания.
Пока лидировали закрывающие.
– Красивые рога, – заговорщически шепнула девица, как будто нарочно слегка растягивая «а», и повернулась к нему, демонстрируя усы из желтоватой пены над верхней губой.
– Что? – он поперхнулся от неожиданности.
– Рога, говорю, красивые, – терпеливо повторила девица. – Я Мари. А ты?
– Двэйн Казаоир, – демон нахмурился и слегка откинулся назад, внимательнее оглядывая соседку. Что-то он упустил. Эта человеческая самочка обладает способностями видеть потустороннее, но, очевидно, не в курсе, что делать комплименты рогам – это недвусмысленный намек на более тесное общение.
– Я не спрашивала твою фамилию, – подмигнула Мари, откровенно любуясь его головой. Ей удалось привлечь его внимание. Однозначно.
– Это не фамилия, а род деятельности. Я – воин. Кто ты?
– Вопрос – кто ты? Открывающий? – она подперла кулаком подбородок, беззастенчиво разглядывая собеседника. – Я нейтральная сторона, мне все равно, какую игру ты ведешь. Через два дня узнаем, кто выиграет, и мирно побеседовать может не получиться, я сгину вместе с моим миром.
– Я наблюдатель, – Двэйну отчего-то не понравилась мысль, что эта нахальная девица сгинет куда-то вместе со всем людским измерением.
Странное чувство.
Демон машинально провел рукой по своим коричневым с красными прожилками закрученным рогам.
– Так кто ты? – терпеливо переспросил он.
Мари улыбнулась.
– Человек. А ты что за зверь? – она бросила взгляд через плечо и что-то пробормотала себе под нос. – Здесь три вампира, два оборотня, один такой же рогатый и еще черт знает кто...
Очевидно, она говорила о других видах, некоторые из них вообще не имели привычной людскому глазу внешности. За самым дальним столиком растекалось и вновь собиралось существо из грязи.
– Я – демон ночных кошмаров, – эта Мари сказала все точно, очень интересно, – а тот рогатый – демон раздора, не такой, как я.
– Плевать, – подмигнула Мари и попросила бармена повторить. – Говорят, кошмары – та еще жуть.
– Говорят? – Двэйн отставил недопитую кружку. Разговор принимает занятный оборот. Демон ночных кошмаров не встречал человека, которому не снились сны. За все шесть с лишним сотен лет своей жизни – ни разу. Его слегка заостренные коричневые ногти задымились, удлиняясь, заструились черной дымкой невесомых щупалец по барной стойке в сторону девушки. Она выгнула бровь:
– Интересно…
Мари не дрогнула, с легкой усмешкой глядя, как черный туман поднимается все выше, касается ее лица, нежно скользит по щекам, устремляясь в уши. Голубые глаза зачарованно смотрели в его черные, и Двэйн знал, что черная дымка течет из его глаз, словно ручьи слез грешника.
Она позволила ему вторжение в свое тело, насмешливая, нахальная.
– Ты контролируешь себя, Двэйн? – спросила она, будто ничего не происходило, будто они вели светскую беседу на приеме у его короля.
– Почти всегда, – он не мог ничего нащупать в ее мозгу, как будто чистый лист. Ни намека на страхи. С другой стороны, она ведь не спит.
– А когда не можешь?
– Когда сплю сам.
Он отозвал свою темноту. Существо, которое не реагирует на него, необходимо исследовать. Даже если придется задержаться в этом измерении после Игры, если его не поглотят древние боги, конечно.
– Сложно, наверное? – Мари тряхнула распущенными волосами и слизнула с губ капли.
– Что именно?
– Быть одному. Вряд ли кто-то хочет коротать ночи в твоих объятиях, демон.
– Тебе что за дело? – непроизвольно огрызнулся Двэйн, красные нити на его рогах запульсировали. Хрупкое создание надавило на ноющую рану: никто не желал страдать от кошмаров и связываться с ним. Рискует, ох и рискует. Но, к его удивлению, злость быстро сменилась надеждой. Двэйн на секунду задумался, анализируя, а затем резко обернулся, молниеносно выхватывая серповидный нож из рукава. Его рука замерла у горла невысокого элегантного мужчины, лезвие повредило его кожу самую малость, лишь на каплю крови.
– Все может быть так, как ты и боялся мечтать, Казаоир, – улыбнулся мужчина и отвел руку Двэйна в сторону. На его точеном бледном лице не дрогнул ни единый мускул. Он подмигнул Мари и прошел вглубь зала.
– Кто это? – спросила Мари.
– Надежда, – выплюнул имя Двэйн. – Самый отвратительный из демонов.
– А по мне он очень мил, – пожала плечами девушка.
– Это пока ты не попала в передрягу, из которой не выбраться. Надежда накроет тебя в самом конце, когда не сбудется.
– Я бы хотела узнать, что такое сон. Пусть он будет даже кошмарным. Покажи мне.
Мари спустилась на пол и встала очень близко, от нее пахло осенью, тонкими духами и пивом, а затем девушка сделала то, на что в здравом уме не соглашались даже демоницы, – провела пальцем по его рогу.
Нет, она точно знала, что делала.
***
Двэйн Казаоир, демон ночных кошмаров, тихо шел следом за вампиром. Это игрок открывающей стороны, для которого настали последние мгновения жизни. Серповидный клинок привычно лег в широкую ладонь, слегка вибрируя в предвкушении кровавого пира.
В этом году, как и в следующих, перевес будет на стороне закрывающих, ведь Мари, его не видящая снов Мари, его наслаждающаяся кошмарами Мари, не сможет выжить в его мире, а значит, мир людей не поглотят древние боги.
Двэйн постарается.
Он проиграл кучу денег в тотализаторе, но выиграл кое-что важнее.
Автор: Натали Смит
#сказка #фэнтези #фантастика #фантастический рассказ #рассказы #мистика #чудеса рядом