Глава 97
Щелкнул замок, скрипнула дверь. Оленька с визгом «Папа приехал!» бросилась в коридор, повисла на шее папы. Регина встретила его с нескрываемой радостью. Всего несколько дней разлуки, а такие эмоции.
- Скучала? – спросил Константин, обнимая её.
- Скучала, - призналась Регина.
- И я скучала, очень, очень скучала, - сказала Оленька.
- И я соскучился без вас, признался папа. - А теперь, скуку долой. Я голодный, как волк. Если меня не накормят мои девчонки, то тогда РРРР, - зарычал он и, растопырив пальцы, потянулся руками к дочке.
- Что тогда? – пискнула Оленька и спряталась за маму.
- Ты же знаешь, что делают голодные волки, или забыла?
- Нет, не забыла. Мама, пойдём, накормим папу. Я боюсь его кусачего, - включилась в его игру Оленька.
- Да, да, идите, готовьте обед, я сейчас, только умоюсь с дороги.
**** ****
Через полчаса они сидели на кухне обедали вместе.
- Устал? – спросила Регина.
- Немного.
- В понедельник поедешь снова?
- Нет, мы с Павлом завершили свою работу, - ответил Константин, нанизывая на вилку ломтик жёлтого перца.
- Так быстро? – удивилась Регина.
- Ты не поверишь, но нам Людмила помогла. Она в понедельник затеяла перестановку в приёмной и естественно, решила вытряхнуть из шкафов вещи и бумаги Ахлыстиной. Конечно, она не сама двигала мебель и возилась в пыли, сотрудники фирмы работали. Они то и отыскали нужные для нашего дела документы, совершенно случайно.
Ахлыстина, ты сама знаешь, дама аккуратная. У неё всё было разложено по папочкам, подшито по датам и надёжно спрятано, как она думала. А папочки нашлись и облегчили нам работу при составлении третьего тома «дела». Ахлыстина, женщина расчётливая. Она все эти годы шантажировала и Захара, и своего любимого Павлова. Павлову так надоела, что он ей баночку витаминов в карман кофты положил.
- Что, серьёзно так было, или ты шутишь? – спросила Регина.
- Не шучу, баночка такая же, как и у Павлова на кухне стояла, помнишь, я в прошлый раз тебе рассказывал, что Олеся отравилась папиной пилюлей.
- Помню
- Всё. Ну, их, давай о чём-нибудь приятном поговорим, - предложил Константин.
- А я сегодня утром сама сырники делала, - похвалилась Оленька. – Мама сказала, что они вкусные получились.
- Ух, ты! Я тоже хочу попробовать твоих сырников. Завтра утром испечёшь? – спросил папа дочку.
- Испеку. Мам, а творог есть?
- Если нет, мы сходим с тобой в магазин и купим, - пообещал папа.
- А ты мне поможешь? - Оленька испугалась, что у неё ничего не получится.
- Мы с мамой вместе тебе помогать будем, - папа погладил дочурку по голове.
- Пап, ты был в гостях у сестры?
- Нет, я был в гостях у дяди Павла, и твоя сестра тоже там была. Она передала вам с мамой привет, сказала, что ждёт вас в гости, - сказал Папа.
- И мы поедем?
- Поедем, только не сейчас.
- А когда?
- Я не знаю, но думаю, что скоро, - ответил папа.
Регина вздохнула. Константин посмотрел на неё, сказал:
- Я тоже жду, когда всё закончится, и делаю всё, чтобы закончилось быстрее. – По лицу пробежала улыбка. – Ты же знаешь, как грач с грачонком ждут в свою стаю грачиху.
- Знаю, знаю, - засмеялась она.
**** ****
Алексей Родионович открыл свою электронную почту, прочитал письмо Екатерины Егоровны, просмотрел приложенные к письму бумаги. Поморщился. Открыл следующий файл и погрузился в изучение присланного «дела». И чем дальше он читал, тем больше удивлялся, с какой четкостью и логической завершённостью составлено «дело».
Он отметил, что объединение исков трёх женщин в одно «дело» было правильным решением. Отказ от адвоката Краснова Захара Петровича вызвал у него недоумение. Отметил Алексей Родионович и то, что допросы подсудимых в основном были проведены в первые три дня, а далее их вину выявили на основании улик показаний свидетелей и вещественных доказательств. Удивил Алексея Родионовича и крутой поворот в деле, как для Краснова, так и для Павлова. Задержали Павлова при попытке убийства Краснова с орудием убийства в руках, а Краснов, вместо иска Павлову пишет своё чистосердечное признание о свершённых им ранее преступлениях. Он и при допросе даёт признательные показания.
Павлов в отличие от Краснова занял другую позицию, видимо надеется на помощь адвоката и уверен, что его ждёт оправдательный приговор. «Интересно, что он думает о своей позиции сейчас, когда ознакомился с «делом», - подумал Алексей Родионович.-
Ахлыстина, женщина алчная, хитрая, уверена, что ей всё сойдёт с рук, а зря».
Он читал «дело» и думал о том, какой жалкий заключительный акт составила Шаталова Галина Евгеньевна. В его голове крутились вопросы, такие как: почему она сама решила, что будет лучше, что следствие полностью проведет следователь ФСБ? Почему она не обсудила этот вопрос со мной? И много разных почему, так и остались у него без ответа.
«Стоит отметить работу следователя и адвоката женщин, - подумал Алексей Родионович. Интересно, почему их защищает адвокат не из нашей области? Ах, да, наши то, лучшие адвокаты, Хохлов и Прутиков, защищают подсудимых. Видимо поэтому для женщин пригласили лучшего адвоката из другой области.
А судебное разбирательство , судя по подготовленному «делу» действительно обещает быть громким, Екатерина Егоровна права. И мне необходимо принять меры пока не поздно».
Он взял ручку, положил перед собой лист бумаги, подумал, затем быстро набросал перечень планируемых действий.
1. На суде буду присутствовать сам.
2. Отстранить Шаталову Г.Е. от должности на месяц, с понедельника, до решения вопроса с наложением дисциплинарного взыскания.
3. Произвести ревизию и проверку финансово-хозяйственной деятельности в ведомстве Шаталовой Г.Е.
4. Определиться с налагаемым взысканием на основании п.3.
«Да, надо бы подумать, кого послать временно на её место. - Алексей Родионович положил ручку на стол. - Решение принято, будем действовать. - Он посмотрел на часы. Усмехнулся. - Смена давно закончилась, пора домой. Завтра будем готовить приказ» - подумал он, вставая из-за стола.