Долгим осенним вечером, повёл дед Иван разговор...
Слыхал я от отца своего, историю одну!.... - начал дед,
- Как в одной деревне, двоедушник жил.
- А кто это, деда? - подивилась Катя незнакомому слову.
- А это человек! - ответил дед.
- Обычный с виду-то, вот только внутри него, кроме своей души, Богом данной, поселяется ещё одна… Да и как сказать? И не душа это вовсе, конечно, а сущность какая-то. Днём ни за что не догадаешься, коль в таких делах не ведаешь, а вот ночью, как ляжет спать такой человек, так эта сущность свободу получает, на волю выходит из него, а там уж и творит, что ей вздумается. Но, кто не много понимал, те могли распознать двоедушника.
- И что же там случилось в той деревне? - спросила снова Катя.
- А вот послушайте..... - сказал дед и начал рассказ.
- Когда отец мой молодым был, неженатым ещё, то пошёл он в город, в рабочие наниматься, денег заработать. Ну а как раньше ходили? Лапти обул, подпоясался, да вперёд на своих двух. До города было два дня пешего пути.
И вот идёт мой отец, уже смеркаться начинает, а по дороге деревенька стоит, решил он попроситься на ночлег в какую-нибудь избу. Смотрит, на краю деревни как раз небогатая изба стоит, старая, покосившаяся.
- Ну, - думает отец.... - Здесь, такой же как я живёт, небогатый человек, такие пустят охотнее.
Постучал, дверь отворила старуха, рассказал ей отец что да как, она и пустила его ночевать. А жила эта старушка с младшим своим сыном, он вроде как не в себе был, дурачок с виду. Сидит на лавке, со щепочками играется, а самому годков уже немало, лет может сорок. Возле лавки лучина воткнута, внизу бадья с водой стоит. Посреди избы стол, на столе горшок с картошкой.
- Садись, ужинать будем, - говорит старуха отцу.
Сели, старуха и стала расспрашивать отца про житьё-бытьё, откуда будешь, куда путь держишь? Ну а после, как отец про себя поведал, старуха и про себя речь завела.
- Хозяин мой давно помер, лет двадцать как.
-Остались мы одни с Гришкой.., кивнула она на мужика, сосредоточенно ковырявшего ложкой картофелину и не замечавшего ничего кругом.
- Гришка у меня младшенький, старшие живут отдельно, помогают нам, чем могут, да ведь и у самих большие семьи. Старший, звал меня к себе жить, да только куда же я, без Гришки? А Гришку они к себе не хотят брать. А разве же его вина, что он вот таким родился?
Старуха вздохнула. Отец её спрашивает:
- Да ведь он мирный вроде, тихий?
- Мирный-то мирный, - опустила старуха глаза. - Да бывает, находит на него, хулиганить начинает.
- Дерётся что ли?
- Да ты ешь, ешь, - спохватилась вдруг старуха, переводя разговор.
Отец поел и поблагодарил хозяйку за еду. А Гришка всё так же сидел и ковырял свою картофелину, так что непонятно было, чем он и сыт. На вид же мужик не выглядел измождённым, видно было, что питался он хорошо, старуха же была напротив сухонькая да маленькая.
За окном совсем уже стемнело, стали и спать собираться. Гришке мать постелила на лавке, а отцу на сундуке, что в углу избы стоял, сама она на печь забралась.
Гришка, лишь только повалился как куль на лавку, так тут же и уснул. Отец даже подивился, как так можно быстро засыпать? Старуха малость поворочалась на печи и тоже захрапела. А отцу не спалось на новом месте, известное дело, не в родной избе. А тут ещё ночь выдалась яркая, лунная. Полная луна в окно заглядывает, в избе светло сделалось, как днём.
Ворочается отец с боку на бок, не идёт никак сон. И вдруг видит — Гришка сел на своей лавке. Ну мало ли, может, по нужде человеку надо. А Гришка сидит и не встаёт, уставился на отца, а взгляд такой страшный, неживой какой-то. Отцу не по себе стало, сделал он вид, будто спит, а сам сквозь веки тихонько подглядывает.
Гришка пялился, пялился, а после как упадёт резко на лавку, дёрнулся, вытянулся в струну и затих, отец даже испугался — не помер ли он? Смотрит, а из-под лавки кот вдруг выходит — большой, чёрный, глаза жёлтые горят. Сел этот кот напротив отца, посмотрел пристально, будто проверяя, спит ли он, а после тихонько дверь отворил лапой и в сенцы.
Отец обождал немного и за ним. Интересно ему стало, молодой был, задор горит. И вот вышел он во двор, смотрит, а кот выходит за калитку. Отец тихонько за ним. Кот, крадучись, вдоль забора пошёл, потом улицу перебежал, дальше и дальше, и вот, пришли они на край деревни, к одной избе, кот шмыгнул под калиткой и пропал.
Отец поближе подобрался, через забор перелез, и видит — кот в избу заскочил. Отец к окошку подкрался и заглядывает. В избе от луны светло. И видит, посреди избы Гришка стоит, как есть! Вот это да, откуда он тут взялся? Смотрит отец, что дальше будет. А там люди спят и не просыпаются, так крепко спят, что и не слышат, как Гришка по избе ходит. А он подошёл к девке, что на лавке спит, наклонился к её голове и рот распахнул, огромный ротище такой, смотреть жутко!
- Неужто загрызёт? - думает отец, страх его к месту приковал.
Но нет, не стал Гришка грызть, а видит отец, как изо рта той девки, что на лавке-то спала, будто пар пошёл, и прямо в Гришкин рот.
Отец как увидел такое, так и бежать с той деревни.
Ты понимаешь Катенька, сущ жила в Гришке, а малохольный он был именно из-за этой сущности видимо. И в наше время есть такое! Вот и называют таких людей двоедушниками.