Из глаз Наташи сами по себе катились слезы, но, к счастью, в темноте этого не было заметно. Опершись головой на свою левую руку, правой она ласково гладила мужа по волосам.
- Ты это серьезно? – глухо спросил он
- Да.
- Почему?
Часы в тишине квартиры мерно отстукивали секунды молчания. Наконец, Наташа тяжело вздохнула и села, завернув простыню на обнаженном теле на манер платья-футляра.
- Я хочу так много сказать… только ты не будешь слушать.
- У тебя есть кто-то, да?
И снова тяжелый вздох:
- Ты и сейчас не хочешь слушать
- Я вообще ничего не понимаю. – слегка повысил голос Костя – У нас все хорошо. Все просто замечательно. Тебе денег не хватает?
- Причем здесь вообще деньги? – возмущенно протянула она.
- Не знаю. Я вообще ничего не знаю. Когда жена после секса сообщает, что нам нужно развестись – это как… - он рывком встал с кровати. Наташа инстинктивно дернулась – как дубиной по голове.
Костя ушел на балкон, накинув на голое тело халат. Вернулся холодный, неприятно пахнущий дымом, но все такой же злой.
- Зачем ты вышла за меня замуж?
- Ты позвал.
- И все?
- Не все. Я тебя любила, как не любила никого.
- А сейчас, значит, не любишь?
- Это сложно объяснить…
- А ты попробуй!
Наташа хотела было прижаться к нему и обнять, но Костя отмахнулся – ждал объяснений.
- Знаешь, как появилось масло?
- Причем здесь масло вообще? Ты больная?
- Я объясню. Есть такая сказка, в которой лягушки попали в кувшин с молоком. Одна была ленивая и утонула, а другая взбивала молоко лапками… барахталась то есть, пока молоко не превратилось в масло.
- И че, масло с дохлой лягушкой съели? – вдруг улыбнулся Костя.
- Не знаю – пожала плечами Наташа – Суть в том, что я как та лягушка – я не могу в масле.
- Ниче не понял.
- Когда я выходила за тебя замуж – осторожно начала она, глядя на напряженное лицо мужа – я думала мы будем как те лягушки. Взбивать молоко вместе, барахтаться в одном направлении, достигать и барахтаться снова.
- Хочешь сказать, что я ленивый?
- Хочу сказать, что мне с тобой тяжело.
- Это с тобой тяжело. Слишком умная, бабам это вредно. Пошли чай пить.
Они переместились на кухню. Костя включил чайник.
- Так че там с жабами твоими?
- С моими жабами все хорошо. Им просто душно с тобой.
- Че это? Плохо живем что ли? Другие намного хуже живут.
- Вот в этом и проблема. Мне неинтересно как живут другие. И не нужно сводить все к деньгам. Но я теперь только понимаю, какой ты видишь нашу идеальную жизнь. Я не смогу так, Костя.
- Ну-ка – прищурился он – расскажи.
- Ты приходишь с работы, тебя радостно встречаю я с детьми. Двумя, а лучше тремя. Желательно, чтоб дети были умытые и причесанные, ну и я само собой. Пока дети тебя целуют, я подогреваю тебе ужин и мы все вместе, несмотря на то, что уже ужинали, садимся за стол. Ты, как глава семьи, рассказываешь нам про свой день, я сочувственно киваю. Потом рассказывают дети.
- И ты – вставил Костя невнятно. Он доедал оставленную на столе семгу.
- А мне нечего рассказать, дорогой. Гонять по кругу историю, как приготовила для всей семьи завтрак, отвела детей в школы садики, прибиралась и готовила ужин из трех блюд? Я сижу в вечном декрете.
- Не драматизируй. Готовить каждый день не нужно, хоть по магазинам ходи, хоть по выставкам своим или театрам…
- Ага, по ЖЭУ, Ашану и театрам. Что из этого тебе будет интересней послушать в пересказе?
- Неинтересно – согласился Костя. Но я послушаю. Работать тоже неинтересно, но там такие кадры встречаются, грех не рассказать. Помнишь, как тот…
Наташа его перебила:
- Потом ты включаешь под пивко какую-нибудь американскую комедию, а я укладываю детей спать. Убираю со стола, пока ты в душе, делаю тебе массаж и…
- И че не так?
- Я не хочу прожить жизнь в обслуживании чужой жизни.
- В смысле в обслуживании? – выпучил он глаза – То что я готов пахать за всех тебя не смущает, не?
- Это и есть лягушка в масле – тихо сказала Наташа – хочешь барахтайся в нем, хочешь выпрыгивай – минимальные потребности – в еде и безопасности удовлетворены. Жизнь по кругу, день Сурка. Плов или котлеты – вот и все разнообразие.
- Это жизнь, дорогая. – важно произнес Костя – А ты как хотела?
- Я бы хотела, чтоб было что-то еще. – твердо сказала Наташа – Самое главное.
- Я тебе самое главное пол часа назад делал.
Наташа картинно прикрыла лицо ладонью.
- Ты вообще не понимаешь о чем я говорю. То, от чего горят глаза, понимаешь? Какая-то идея, одержимость, смысл, который наполняет этот бег по кругу смыслом.
- Так дети же будут. В них и есть смысл. – уверенно сказал муж.
- Костя, я не хочу так.
- Так че ты хочешь, объясни!
- Я хочу, чтоб ты был тем человеком, каким был раньше. Невозможного, в общем.
- Ну точно больная – проворчал Костя
- Проблема не в тебе. Прости меня, пожалуйста, я тебя придумала и полюбила.
Он выразительно покрутил пальцем у виска.
Наташа снова подняла на мужа глаза, но теперь в них была только злость:
- Но и ты виноват, ты тоже меня придумал! Ты вообразил, что я буду с удовольствием готовить тебе завтрако-ужины и радоваться, что на диване у меня лежит мужик. И радостно вытирать носы, мечтая о поездке к маме на дачу. А я слушала эти твои рассказы, что твоя работа временная и ты пойдешь учиться дальше. Сама конечно виновата, или от любви какая может химия мозг отключает… Ты забыл чего мы хотели? Ты хотел открыть свою компанию, да у тебя глаза горели, когда ты об этом говорил. Хотел язык подучить и в Германию съездить, опыт у них перенять.
- А говоришь, что дело не в деньгах – почти радостно вставил Костя.
- Не в деньгах! Дело в жизни и существовании, понимаешь? Посчитай, сколько стоит твое пиво и рыбой каждый вечер! Мне не жалко, но на эти деньги вполне можно уже что-нибудь воплотить из своих фантазий. Но это ж надо напрягаться, барахтаться! А я лежать под тупые сериалы не могу, я тонуть начинаю и тупеть моментально, понимаешь?
- Так в чем проблема-то? Бери деньги, мути че хочешь. У тебя же стальные яйца, зачем вообще тебе мужик, ты сама как мужик. Пару бизнесов замутишь, посмотрим, как запоешь!
- А ты? – не поняла она.
- А я за пивом. Не каждый день твоя жена разводиться хочет. Тебе взять?
Он быстро натянул джинсы и накинул куртку прямо на голый торс.
- Блин, сигареты забыл…
Наконец, хлопнула входная дверь.
Наташа, все еще в простыне, вышла на балкон и поежилась. Фигура мужа мелькала вдоль дороги в свете фар проезжающих машин.
- А может так и должно быть? – спросила она у себя.
Обычная размеренная жизнь. Никакой борьбы, никаких вершин. Щемящее чувство бесполезности бытия и тихое существование как награда за стабильность.
Наташа вернулась в комнату и бросила монетку.
«Орел значит я права»
- Прости, - шепнула она вернувшемуся мужу – прости, я, наверное, и правда тронулась умом. Налей мне стаканчик и включим какое-нибудь кино.
- Опять на работу проспим. – улыбнулся Костя и прижал к себе жену – И кстати, насчет детей ты угадала. Хочу минимум трех. А остальное глупости, выброси их из головы.