В одном селе, недалеко от нашей деревни жила одна семья. Жили они неплохо, все как полагается у людей, не хуже и не лучше. Хозяйство, огород тридцать соток, работа. Анатолий —глава семейства работал водителем, Людмила—жена в магазине, а дети в школе.
Была у них на довольствии собака, вернее пёс. Беспородной, крупной и бестолковой породы Огонёк. Назвал так еще дед Анатолия в честь любимого журнала, ну, и масть огненная, подходящая.
Но до чего же дурная псина была, вся в деда, царствие ему небесное.
Лаяла и по делу и без дела, и днём и ночью, сметая всё на своем пути как ураган в районе реки Миссисипи. Словом, ни хозяевам, ни соседям, житья нормального не давала.
—Гав—гав, гав—гав, гав—гав (собака).
—Угомоните вашу собаку, твою ж мать……..(соседи).
Огонёк потихоньку сводил с ума пять соседских домов, председателя и Людмилу, она, в свою очередь, Анатолия, а он по праву рождения не был наделен стальными нервами.
Огонёк, в свою собачью очередь, искренне радовался каждому отведенному ему собачьим богом дню. Носился за хвостом, жрал тапки и лаял от души во всю свою собачью глотку. Ел за четверых, но, видимо, не досыпал. Потому что его звонкий лай стоял в ушах круглые сутки по всей округе.
—Тьфу, дьявольское отродье, толку от тебя нет, ворчал противный старикашка напротив.
—От такого же слышу, мог бы ответить Огонёк, если б умел говорить.
—По-моему, он родился без мозгов, как-то диагностировала Людмила отсутствие у Огонька главного органа центральной нервной системы - головного мозга. Анатолий молча согласился и помрачнел.
Последней каплей в море негодования и возмущения соседей было воровство Огоньком двух соседских цыплят.
Рот Антонины Петровны не закрывался, он ходил в разные стороны, сияя идеально белой вставной челюстью. Ей богу, она в тот вечер переплюнула по лаю самого Огонька.
—Аааа, я вас засужу, прокляну, в гробу я видала вашу собаку ,если хозяин кретин, то далеко ходить не надо, и всё в таком духе часа два.
—Что ж ты, СОБАКА делаешь? Зачем задушил цыплят? — строго сказал Анатолий Огоньку.
Собака в ответ, довольная собой, обильно облизала Анатолию лицо
—Хозяин, знаю, я молодец, если что, принесу еще парочку, у них там много, хвостом ответил Огонек
На семейном совете решили, что собаке лучше будет жить в другом месте, вернее …… Вряд ли другому месту она придется ко двору. В конце концов, это собака даже не наша, а деда. Дело-то житейское.
Лучше всего утопить, принял непростое решение Анатолий.
—Прости нас, Огонёк, но так лучше для всех.
Рано утром Анатолий в последний раз покормил пса, пристегнул к ошейнику поводок, скомандовал «Рядом», будто хотел дать псу последний шанс быть послушным, но, чуда не свершилось и они отправились по тропинке через посаженную картошку на озеро. Так они и шли —бодрый и радостный Огонёк и угрюмый как иссиня-черная майская туча Анатолий.
Лодка, веревка, весло, все на месте.
—Надо б камень найти побольше….
—Огонек, ко мне! Пес послушно прыгнул в лодку.
На середине озера Анатолий потянулся за веревкой и не удержав равновесия, плюхнулся в воду.
От неожиданного такого поворота событий и ледяной воды, свело правую лодыжку, он попытался закричать, но издал лишь непонятный звук кривым ртом.
Огонек рванул в ту же секунду в воду. Всеми частями своего собачьего тела, он пытался вытолкнуть хозяина на поверхность. Зацепившись рукой за спину пса, Анатолий смог подплыть к лодке.
С той поры Огонек на особом счету, в почете и уважении у деревенских. Больше никому не мешал спать его громкий лай и все любили его до конца собачьих лет. А Анатолия и по сей день называют Герасим.