Я такой уникальный экземпляр... Помню в мельчайших деталях то, что давно уже прошло, словно это случилось вот только что.
И намеренно стираю из памяти то, что приходится видеть...сейчас...
В моей жизни много было дней, которые я бережно храню в своей памяти.
Но тот, зимний день весеннего праздника 8 марта, я почему-то вспоминаю с особой нежностью. Может быть, когда вы прочитаете до конца, вы поймёте меня.
Это был 1982 год.
Накануне, 7 марта, целый день шёл снег. И 8 марта был самым настоящим зимним днём, с сугробами и морозцем. В те времена, в южном глубоко провинциальном Краснодаре, который даже не отмечали на карте прогноза погоды в программе Время, всегда была зима. Пусть короткая, но была! И был и снег, и лёд, и сосульки, и детская радость. Не то что сейчас.
Это был будний день.Мне было так удивительно - весна, 8 марта, а вокруг сугробы. Женщины шутили -
Вот как нас мужики <<любят>>, что даже снег в женский день выпал!
Мужиков в нашей семье не было. Я вообще ничего не представляла о этой любви каких-то мужиков.
Мне было просто радостно. От того, что я уже попрощалась с зимой, а она раз! И опять вернулась!
Я не знаю почему, но у меня всегда была какая -то особенная любовь к зиме. Несмотря на то, что я была очень болезненной девочкой, и зиму, почти всегда, я наблюдала через замёрзшее морозными причудливыми узорами окошко.
Вы не замечали? Сейчас ведь нет морозных узоров на стёклах. Нет их...на этих стеклопакетах...
Как же я любила рассматривать этот причудливый узорчатый сказочный лес на стекле!
А потом подышать легонько на стекло, и процарапать маленький кружочек в узорах, через который открывался зимний пейзаж на улице.
Мама почему-то в этот день была на работе. Или мне так кажется... Мы с бабушкой зашли за ней на работу и вместе пошли в гости к бабе Лене и деду Кириллу.
Дед Кирилл это родной брат моей бабушки. Воевал, до самого Кенигсберга прошёл всю войну.
Когда я смотрела на фото, где дед Кирилл молодой, в форме, мне казалось, что я попала внутрь какой-то интересной книжки из библиотеки.
Баба Лена тоже была фронтовичка. На войне они встретились с дедом Кириллом, поженились и прошли всю войну рядом.
Детей не дал Бог им... Вот и любили они всех племянников и внуков.
Как же я любила приходить в гости к деду Кириллу и бабе Лене!
У них всё было удивительно, не так, как у всех.
Перед домом росла настоящая ёлочка. Я всегда садилась рядом с ней на корточки и тихо пела детским тонким голосом:
Метель ей пела песенку
Спи ёлочка, бай-бай...
Я свято верила, что это именно та ёлочка, которая <на праздник к нам пришла>.
В доме было всё просто, чисто и как-то добротно.
На стене, в большой комнате, (так мне тогда казалось, что она большая)висели деревянные часы с маятником. Дед называл их<трофейные>, и важно заводил их ключиком.
Между двух окон, обрамленных узорными занавесками, висел большой портрет И.В.Сталина.
На шифонере стояли разные статуэточки и маленький сувенирный самоварчик. И всеми этими сокровищами мне разрешали играть, вот так вот запросто.
В комнате, что поменьше, стоял удивительный диван с высокой спинкой, а над ним висели часы с кукушкой. И мне казалось, что она живая. Каждый раз, когда кукушка пряталась за створкой окошечка, мне казалось, что она мне подмигивала и растягивала клювик в улыбке.
У деда Кирилла и бабы Лены всегда дома были конфеты, чайный гриб в банке, колбаса, яблоки и <беленькая у шкапчике>. Бабушка Лена запасливая была, у неё всё всегда было.
А то вдруг люди придут, а выпить нема.
Да и дедушка Кирилл после войны без беленькой и спать не мог... Выпивал, и порой крепко. Но очень добрый был, очень.
Это я сейчас понимаю, что пенсию они получали фронтовую, детей и внуков не было... Вот и были гроши. Как моя бабушка говорила.
Поэтому, они всегда приглашали родню к себе. Угощали и накрывали на стол, от чистого сердца, как могли... Я сейчас даже заплакала....
Стол стоял в центре комнаты, а над ним висел умопомрачительной красоты абажур. Вот за тем столом и праздновали.
Возле стены высокая кровать с красивым вышитым покрывалом, с пирамидой из подушек. На ней спала только я, когда ночевала у них. А сами старики спали на диванчике, да на топчанчике.
Мы шли по снежным улицам, под сапогами хрустел снег, как хрустит крахмал в полиэтиленовом кульке:
Хрум-хрум, хрум-хрум...
Мы несли букет тюльпанов, завёрнутый в несколько газет. Где мы его купили - ума не приложу.
Этот запах... Морозный снежный воздух, газета и тюльпанновый нежный аромат... Ах ты ж, мать честная! В носу прямо щекочет!
С собой у нас были нехитрые подарки - пахучее пузатенькое мыло в ярких цветных бумажках, под загадочным названием < импортное>, духи Ландыш серебристый в нежной ландышевой коробочке с золотистыми буквами и бутылка Улыбки.
Эх... Как бы я сейчас хотела подплавить пластиковую пробку зажигалкой, и пока она мягкая, рвануть её с горлышка зубами. И прихлебнуть потом, щедро, не @опясь, добрыми глотками, эту терпко-сладкую волшебную янтарную жидкость. А потом слепить губы вместе, а они липнут от этой виноградной сладости. И на душе благодать и счастье.
Так и не смогла я стать во взрослой жизни винным гурманом. Никогда я не колыхала ничего по бокалу и не вдыхала никакие букеты. Я скучаю за любимой бормотухой, которая вкуснее и настоящее в сто раз всего этого заморского пойла.
Когда мы пришли, уже было полно гостей. Играла гармонь, родные, уже под хмельком, пели. У меня вся родня поющая...была... Пели так, аж душа наружу рвалась.
В тот день, отмечали целых три события:
8 марта женский день,
8 марта день рождения моего двоюродного дяди Коли,
И покупку цветного телевизора.
Первый цветной телевизор в нашей родне появился у деда Кирилла и бабы Лены.
У меня такой востор был! Мне было всё равно, что в праздничном концерте пели артисты с фиолетово-зелёными лицами. Но ведь цветной же!
У нас цветной телевизор появился только в 92 году. А так мы смотрели чёрно-белый Рекорд. И были счастливы.
Закрываю глаза сейчас и вижу их лица. Живые, молодые, радостные. Никакой фальши, чванливости, натужной показухи.
Дедушка Кирилл, вытирает глаза от слёз. Он всегда плакал, когда пели его любимую песню
<<Славное море, священный Байкал>>
Я знаю наизусть и пою почти все песни, которые слышала в детстве. И Славное море тоже знаю.
Я даже помню, как пах тот день. Жареная картошка, солёные помидоры, селёдка с луком, колбаса и сало, винегрет, дух Улыбки и беленькой. Мимоза и тюльпаны в вазе, Ландыш серебристый, пузатое пахучее импортное мыло, дымок от Беломора и счастье! Да, именно так пах тот день.
Бабушка Лена хлопочет возле стола и ругается на дедушку Кирилку ( так она егоназывала всегда).
Моя бабушка, в красивом платье, с янтарной брошкой под воротничком, внутри которой цветочки.
Дядя Коля играет на гармошке. Тогда молодой, чернобровый, как сейчас говорят - успешный...
Свою старость он провёл в нашем доме. Так мы спасли его от полного одиночества, ненужности и нищеты... Вот так бывает...
И ещё мои родственники... Родная сестра бабушки, обожаемая моя бабушка Аня. Маленькая, добрая, весёлая.
Никого их нет уже... Я иногда себя ловлю на мысли, что я рада, что их нет. Что они не видят всего этого безумия, которое происходит вокруг.
Были потом в моей жизни сотни дней, и гораздо торжественнее и ярче. Но именно тот день, 8 марта 1982 года, я вспоминаю с особой теплотой и нежностью. Именно тот день я перебираю в памяти в мельчайших подробностях.
И вытираю свои глаза... Окунаясь в ровное складное пение чистых звонких голосов моих родных, поющих
Славное море, священный Байкал!
Славный корабль, омулёвая бочка!
Эй, баргузин! Пошевеливай вал,
Молодцу плыть недалёчко....
Спасибо что прочитали.
Спасибо ВАМ за всё.
Ваша Белая ворона 💖