Кому нужны войны? Понятно, что они нужны не простому русскому человеку простым, китайцам, арабам и т.д. Что из себя представляет мировая элита, если исследовать её глубоко? Какое значение и влияние они имеют сегодня? Как они видят будущее человечества?
Во-первых, мировая элита, это не единое целое и это не некое мировое правительство, которое нажимает на кнопки. Это различные монархическо - финансово-аристократические группы, которые существуют в современном мире. Совершенно ясно, что есть ультраглобалисты, говорящей головой, которых является Шваб и, который написал свою книгу про то, как оно будет это будущее. Безусловно, в мировой элите есть регламентирующие различия, которые коренятся в очень давней истории. Например, о противоречии, котором скажу сейчас - это не главное противоречие, а внутренне противоречие мировой элиты, но оно имеет место. Это – противоречия, которые идут от Меровингов и от Каролингов, которым полтора тысячи лет. Именно сквозь призму этих событий нужно воспринимать, например, смерть Дианы, я повторяю, это не главное.
Главное - кто кого отсечёт в будущем. Потому что этого, т.е. места под солнцем, в капиталистическую эпоху, особенно в индустриальной фазе, было очень много. Сейчас этого места становится значительно меньше, и определённая часть элиты должна отсечь другую часть. В 2012 году Кристин Лагард в Токио сказал, что всё, нужно раскручивать молодые деньги, т.е., что деньги должны уйти. Старые деньги и деньги вообще создают противоречия между различными группами этой элиты.
В принципе, я уже неоднократно писал, что есть ультраглобалисты - это мир без государства и мегокорпорационных ограничений, типа Ост-индийской компании, есть глобальные государства, которые сохраняются под контролем МВФ и Всемирного Банка, которое значит, что будет немножечко государство, немножечко средний класс. А вот ультраглобалисты ведут мир к мировому концлагерю, что, совершенно, железно. Действительно формируется мир, в котором решающим фактором производства не вещественный, не материальный продукт, а социальные и духовные ценности, "продукт"ы, и комбинацией в котором будет соотношение между верхами и низами, потому что среднего сословия не будет. Будет ли существовать среднее сословие или нет зависит от остроты социальной борьбы.
Из феодализма было три выхода – английский, французский и немецкий варианты. Думаю, что из капитализма тоже будет несколько вариантов выхода и зон, жизнь в которых будет довольно существенно различаться. Кроме того, будет целый ряд образований, которые будут носить, по крайней мере, де-факто надгосударственный характер. Это огромные мегаполисы, где людей 40-50-60 миллионов человек и это будет государство в государстве, ну, и естественно при любом раскладе думаю, что произойдёт территориальная сегрегация. Люди, которые будут жить в экологически чистой зоне, будут жить дольше.
Не случайно в 2018 году на Конференции в Институте Сложности в Санта-фе, которая проводилась АНБ, из четырёх вариантов желаемого будущего 25% активно высказались за вариант, который называется антропологическим переходом, т.е. это общество где верхи и низы отличаются друг от друга как биологические виды. Одни живут 120-140 лет питаются реальным мясом, а не мясом из кузнечиков и червячков, которые сейчас рекламируются; или мясом имени Греты Тунберг. Кстати, очень хорошо китайцы поддели её, мне это очень понравилось. В одном из своих выступлений она из телеэкрана кричала, что китайцы не должны есть бамбуковую палочку, они не должны не портить леса. На что китайцы отреагировали и объяснили ей, что, дура, бамбук это трава, ты иди и поучись в школе, а если ты хочешь спасти деревья, то перестань в туалете пользоваться туалетной бумагой, пользуйся чем-нибудь другим, например, как мусульмане.
Думаю, что борьба которая разворачивается в мире, это борьба за то, кто кого отсечёт от будущего и какая часть мирового населения в это будущее попадёт. Как мне кажется в двух макрорегионах современного мира будущее уже наступило, там едва ли что изменится. Это Китай с его системой социальных рейтингов, причём, неважно развалится ли Китай на север и на юг или останется таким целиком. Нынешняя концлагерная электронная система очень органично легла на китайскую систему контроля; это суперорганизованный вариант, думаю, что такого варианта не получится у корейцев, это другой народ, возможно, это получится у японцев, альтернативный вариант – это Африка, это погружение в футурологию, в архаику на основе современных технологий. Если кто-то скажет, что в Африке есть государство, он глубоко ошибается глубоко; очень странно называть государством Заир или Чад; это такое проседание в архаику, причём, это может быть происходить и естественно, и искусственно, например, подобно как американцы из ливийцев сделали европейцев. Ну а дальше семь огромных макрорегионов, где идёт борьба за будущее.
Меня очень воодушевляет то, как европейцы, которые уже социально вышколены, социально кастрированы, сопротивляются ковидистерии. Я не ожидал от них сопротивления до такой степени. Например, несколько месяцев назад в Австрии было 300 тысяч демонстрантов, хотя австрийские СМИ написали, что там было 25-30 тысяч человек. Это меня радует.
В России сопротивление ковидистерии носит, по нашему традиционному принципу, спокойный саботажный характер и это сопротивление уже говорит о том, что люди интуитивно поняли, что их загоняют куда-то, во что-то очень, очень страшное; и это вселяет оптимизм.
А. Фурсов