Могут ли эльфы и гномы быть чернокожими? Вот что активно обсуждают любители кино последнюю неделю. Началось все с тизера нового сериала «Властелин колец: Кольца власти», который будет показан на стриминговом сервисе AMAZON. Сам сериал еще никто не видел, но страсти кипят не шуточные.
Бурное обсуждение в русскоязычной интернет среде развернулось вокруг кадров, где роли некоторых эльфов и гномов отданы темнокожим актерам. С интересом наблюдаю эту бурю, точнее ураган. Многих поклонников мира Средиземья, созданного английским писателем, поэтом, переводчиком и лингвистом, профессором Джоном Рональдом Руэлом Толкином, возмутило грубое нарушение канонических образов, к которым все давно привыкли. И то правда, каждый знает, как выглядит эльф и тем более, гном. Мы же каждый день их видим. Под каждым кустом. Так что да, вопрос серьезный. Понять эту точку зрения можно, представьте на минуточку, что в новой экранизации сказки о Бабе Яге, стала бы наша Баба Яга афроамериканкой. Или Снегурочка. Или Садко. Странно как минимум. Но настолько ли критично? И в чем проблема, если создатели ленты, которую никто еще не смотрел видят мир Средиземья таким? В ответ противникам чернокожих эльфов полетели ядовитые стрелы -обвинения в расизме. И вот вам уже настоящая борьба с расовыми предрассудками в медиа пространстве. Страсти кипят.
«Властелин колец», пленил меня еще в юности, и «Хоббит», и «Сильмариллион». Все от корки до корки, все – прекрасно. Но знаете что? Сказочные миры на то и сказочные, что в них есть место фантазии. Там волшебство, магия, живут эльфы и драконы, идет борьба добра со злом.
Большинство границ – в наших головах и нашем сознании, которое оказалось не готово перестраиваться и меняться. У Толкина огромное количество поклонников во всех странах мира. Великие произведения обладают одним замечательным свойством – они увлекают и вовлекают в свой мир людей всех расс и национальностей, выходя далеко за пределы той культуры, в которой это произведение родилось. Сколько Толкинистов увлеченно играют в мир Средиземья в кольчугах и вооружившись деревянными мечами? Изображают всех: хоббитов, энтов, гоблинов и орков. Какой прекрасный заряд бодрости и позитива дал мир Средиземья людям планеты Земля! И на тебе. Споткнулись о цвет кожи. Что бы сказал Толкин? Этим вопросом задаются многие. Точно мы не узнаем, но кое-что есть.
В 1944 году он с возмущением писал своему сыну об отношении к коренному населению Южной Африки: «Обращение с цветными повергает в ужас едва ли не всякого приезжего из Британии, и не только в Южной Африке. К сожалению, не многие сохраняют это благородное чувство надолго». Судя по этим строкам, вряд ли бы Толкин возражал против темнокожего гнома в фильме. Но в те годы и даже позже и сама сага не казалась многим серьезным произведением. Не многие знают, что в 1961 году, Джон Толкин был номинирован на Нобелевскую премию по литературе за эпопею «Властелин колец» и за многочисленные стихотворения. Однако премия ему не досталась, академики посчитали, что книги Толкина «ни в коей мере нельзя назвать пробой высшего класса», в тот год премию получил югославский писатель Идо Андрич, однако именно проза Толкина определила развитие мира фэнтези на десятилетия. Кстати, кандидатуру Толкина внес его ближайший друг, Клайв Стейплз Льюис, автор прекрасного мира Нарнии, в которую можно попасть через платяной шкаф. И там тоже в огромном изобилии есть сказочные существа (единороги, фавны, грифоны) и говорящие животные.
Странно видеть, как страсти кипят не вокруг качества фильма (может все-таки сначала дождаться премьеры?), режиссерской работы, актерской игры, а вокруг цвета кожи актеров. Почему-то мне кажется, что сам Толкин не был бы против, он вообще выступал против любой дискриминации, что вызывает безмерное уважение. Есть еще кое-что, что говорит о широте и масштабе Толкина не только, как великого писателя, но и как о человеке далеком от расовых предрассудков. В 1938 году, еще до начала Второй мировой войны, издательство «Рютген унд Ленинг» планировало издать «Хоббит» на немецком. Книга уже тогда была очень успешна и активно переводилась. В те годы по законам Третьего рейха от авторов требовалось удостоверить свое происхождение. Предоставить соответствующие документы писателю было не сложно, но Толкин, чистокровный англичанин с идеальной репутацией, был против. Он занял принципиальную позицию и писал своему издателю Стэнли Анвину: «Я бы очень не хотел создать ощущение, будто поддерживаю эту в высшей степени пагубную и антинаучную расовую теорию».
Отвержение темнокожих эльфов и гномов для меня – свидетельство того, как много предрассудков, о которых мы даже не знаем, живет в наших головах. Мы состоим из набора штампов и клише сами того не осознавая, мы хотим видеть мир таким, каким привыкли, и даже Средиземье, сотканное из мифов стало нам как будто что-то должно. Соответствовать высоким стандартам, отвечать чьим-то запросам. Мир меняется, вместе с ним меняемся и мы, а в мире Средиземья, если и есть что-то неизменное, то это язык, специально созданный Толкином для эльфов. Он составлял языки руководствуясь красотой звучания, сам он говорил: «Никто не верит мне, когда я говорю, что моя длинная книга – это попытка создать мир, в котором язык, соответствующий моей личной эстетике, мог бы оказаться естественным. Тем не менее это правда».