Найти в Дзене

Истоки жанра ужаса. Часть 4: вампирская история с пикантным подтекстом

Плачьте, фанаты "Сумерек", ибо сегодня речь пойдет о самом первом произведении о вампирах. И нет, речь не о "Дракуле". Роман Брема Строкера хоть и считается классическим, тем не менее никак не может претендовать на роль "отца жанра". Впрочем, у этого есть и свой плюс. Первый (ну, ок, один из первых) книжный вампир был не порочным стариком из Восточной Европы с признаками вырождения на лице, а привлекательным английским лордом с внешностью Брэда Питта. История, надо сказать, вышла немного с гейским подтекстом. Ну да обо всем по порядку. Странная история доктора Полидори Хотя вампиры так или иначе упоминались в литературе и раньше (про фольклор мы не говорим), именно повесть "Вампир" Джона Полидори считается первым произведением, описывающим современный облик кровососущего паразита. К слову Полидори, хотя и являлся создателем произведения, не был фактическим автором идеи. Она принадлежит небезызвестному лорду Байрону, чьим врачом (а по слухам и близким другом) был Полидори. Примечательно
Оглавление

Плачьте, фанаты "Сумерек", ибо сегодня речь пойдет о самом первом произведении о вампирах. И нет, речь не о "Дракуле". Роман Брема Строкера хоть и считается классическим, тем не менее никак не может претендовать на роль "отца жанра". Впрочем, у этого есть и свой плюс. Первый (ну, ок, один из первых) книжный вампир был не порочным стариком из Восточной Европы с признаками вырождения на лице, а привлекательным английским лордом с внешностью Брэда Питта.

История, надо сказать, вышла немного с гейским подтекстом. Ну да обо всем по порядку.

Том Круз: ну да, ну да, пошел я нафиг...
Том Круз: ну да, ну да, пошел я нафиг...

Странная история доктора Полидори

Хотя вампиры так или иначе упоминались в литературе и раньше (про фольклор мы не говорим), именно повесть "Вампир" Джона Полидори считается первым произведением, описывающим современный облик кровососущего паразита.

Клещ: ну да, ну да, пошел я нафиг...
Клещ: ну да, ну да, пошел я нафиг...

К слову Полидори, хотя и являлся создателем произведения, не был фактическим автором идеи. Она принадлежит небезызвестному лорду Байрону, чьим врачом (а по слухам и близким другом) был Полидори. Примечательно, что озвучена история была в ходе того же литературного "челленджа", во время которого был придумал "Франкенштейн".

История Байрона не была закончена, вампиры в ней фактически не упоминались, а потом он и вовсе забросил идею. Полидори, отнюдь не блиставшему литературными талантами задумка, напротив, понравилась, и он, что называется, подобрал за другом выброшенную рукопись. Сохранив основной сюжетный ход Байрона, Полидори создал повесть, которая, хоть и носила следы типичного романтического произведения, все же выходила за рамки направления.

Джон Полидори и Джордж Байрон. Полидори слева.
Джон Полидори и Джордж Байрон. Полидори слева.

Произведение мгновенно обрело популярность, возможно, потому, что его приписывали перу Байрона. Сам поэт, впрочем, всячески отрекался от авторства. Так никому неизвестный врач сумел войти в историю как человек, сказавший новое слово в литературе. К слову, как ни старался ваш покорный слуга, он так и не смог других произведений Полидори. Видимо, он так и остался "автором одного хита". Может быть, доктор и осчастливил бы читателей новыми творениями, но, как и большинство талантливых людей того времени, он предпочел уйти на взлете. Согласно общепринятой версии, умер автор, выпив яду. По слухам причиной для такого поступка стала неразделенная любовь к Байрону.

Днем лихорадка — ночью пир

История, рассказанная Джоном Полидори, сегодня большинству из нас покажется банальной. (Впрочем, фанаты "Сумерек", тоже, кажется, есть до сих пор). Молодой англичанин Обри (фамилия не названа) знакомится в высшем обществе Лондона с неким эксцентричным джентльменом. Лорд Ратвен произвел впечатление на юношу, и они отправились в совместное путешествие. Однако вскоре Обри покинул своего спутника, пораженный тем, как нехорошо он поступил с одной девушкой. От своей любовницы, гречанки Ианты (подозреваю, тут сказалось влияние Байрона, питавшего слабость к Греции), Обри слышит жуткие истории о кусючих вампирах, поведением до боли напоминающих его нового друга.

Не только котики любят делать кусь.
Не только котики любят делать кусь.

Позже из девушки кто-то высасывает всю кровь (интересно, кто бы это мог быть?). А меж тем судьба вновь сводит Обри с лордом Ратвеном. Однако волею судеб вскоре они вновь расстаются. На сей раз причиной разлуки голубков становится смерть Ратвена. Его подло убивают разбойники, подкараулившие путников в горах. Напоследок умирающий лорд просит друга никому не рассказывать о своей гибели.

А чуть позже по возвращении в Англию Обри видит своего приятеля не только живым и здоровым, но и помолвленным с собственной сестрой (сестрой Обри, не Ратвена). Ему бы, дураку, взять да и воткнуть... кол... в сердце мерзавцу, да только Обри был связан клятвой. (Чувак, какая нафиг клятва?! Это даже не человек!) Попав в безвыходное положение, юноша по славной традиции английских dandy впадает в безумие. Его сестрица выходит замуж на Ратвена, а наутро после брачной ночи новобрачную, обескровленную, находят на супружеском ложе. Бедняжка так и умерла девственницей, а ее муж, насытившись, но не в том смысле, в каком бы ей хотелось, растворился в ночи. Конец.

Разумеется, я пересказал сюжет ооочень упрощенно (в Википедии и то лучше), но передать сюжет романтической повести, точнее совершенно фейспалмовые ощущения от ее прочтения, практически невозможно. По этой причине советую всем залезть на либ.ру и ознакомиться с ней самостоятельно.

PS

Вампирская литература имеет весьма опосредованное отношение к ужасам, тем более что все современные произведения о кровососущих монстрах обычно имеют романтический подтекст. Фактически последним хоть сколько-нибудь страшным произведением о вампирах был "Дракула". Недаром его переиздают до сих пор. (А сколько было экранизаций!) Но наша цель рассказать не о самом известном романе, а о первой попытке его сочинения. Удачен он или нет, судить с позиции читателя XXI века, пережившего ужасы постмодернизма, весьма непросто. Тем не менее, образ кровососущего аристократа, сегодня считающийся классическим, возник именно благодаря Полидори. Честь ему за это и хвала.