Натаха сидела на полу, в самой середине комнаты. Раскачиваясь, как маятник, периодически встречалась головой со всеми четырьмя стенами. Страшно выла и крутила краснющими глазами. Ее руки были крепко примотаны к ногам скотчем, в лучших традициях камасутры. К голове, монтажной пеной, была закреплена кастрюлька. Боксерская капа, надежно зацементирована на зубах. Натаха не могла перестать думать о своих дзеновских подписчиках. "Ну, что вы, злыднетроллики мои? Поди ж истосковалися по шыдевриям моим, отвары успокоительные, небось, лаптем хлебаете? С зубьев, поди, эмаль пообсыпалась, от скрежету нетерпежного? Голосок мой СЕПЕЛЯВЕНЬКИЙ, в каждом скрипе дверном вам мерещится? Птички гнезда не вьют, бабы косы не плетут... Блин, это не отсюдава, но нисево страшнава!!! Мыслишки, поди ж , в голове у вас одна за другой, одна за другой, обо мне так и кружатся. Фсе травки прованьские дома вынюхали? А в ближайший отдел рыбный, небось, по пять раз на дню бегаете, рыбов пощупать? Признавайтесь, зубо
