Так случилось, что прошлую неделю я провела в женской больнице (проходила обследование перед предстоящей операцией). Одной из моих соседок оказалась женщина преклонного возраста (82 года). Она представилась Валентина Николаевна. Попала она по скорой. Год назад она сломала латеральную лодыжку на правой ноге. Срослась кость не удачно, поэтому Валентина Николаевна пользовалась костылями при ходьбе, передвигаться ей было тяжело, хоть она и была худосочной.
Она обратилась ко мне за помощью (как к самой молодой, да и операции на тот момент у меня не было). Я приносила ей завтрак, обед и ужин из столовой, мыла посуду, и так по мелочи: что-то убрать в холодильник или достать. В принципе ничего сверхъестественного.
За пару дней мы в палате (нас было 5 человек) уже многое знали друг о друге. И Валентина Николаевна не была исключением.
Из её щедрого рассказа я знала, что три года назад она стала вдовой, мужа сбила машина. Осталась она жить вдвоем с сыном-алкоголиком (ему 59 лет) в двухкомнатной квартире. Сын работает, а в выходные пьет. Как и большинство алкоголиков он душа-человек, когда трезвый, а вот пьяным он мог вытащить всю пенсию из кошелька матери да вдобавок её поколотить. Когда-то сын был женат, но жена выгнала его за пьянство. От этого брака у Валентины Николаевны появился внук, которому сейчас 36 лет, и четырнадцатилетний правнук. По словам Валентины Николаевны она поддерживала хорошие отношение с внуком и правнуком, с бывшей снохой не общалась, была на неё обижена, что та развалила брак и выгнала её сына.
Утром в четверг наш врач пообещал, что выпишет Валентину Николаевну в пятницу, она была очень рада этому. Меня тоже выписывали в пятницу. Больница в которой я лежала, находилась в областном городе, а я из районного (ехать на машине 2 часа в одну сторону), а Валентина Николаевна, как говорится, местная.
- Ой, Женечка, - сказала Валентина Николаевна, - Как хорошо, что нас в один день выписывают. Вот ты мне и поможешь сумки донести, такси вызвать, - радостно говорила Валентина Николаевна, - В такси меня посадишь, а там я уж как-нибудь сама доберусь.
Я немного опешила от такого заявления.
Мы лежали в хирургическом отделении. Работа поставлена там так: до трех часов дня проводятся плановые и экстренные операции, а потом уже выписка. И это не просто врач зашел в палату и отдал листок с назначениями. Сначала врач беседует с пациентом, может осмотреть на кресле (выше писала, что больница женская), далее готовит выписку и отдаёт. Только потом он начинает заниматься другим пациентом (это при идеальном стечении обстоятельств, при мне некоторых выписывали и в семь вечера). Тем более что в больнице карантин в связи со всем известной болезнью. Отделение покидать больным строго запрещено.
- Валентина Николаевна, я не смогу Вас проводить, - спокойно произнесла я. - Муж за мной приедет к пяти вечера, во сколько выпишут Вас я не знаю. Нам потом еще два часа до дома добираться, там сын пятилетний ждет.
-Ой, ну что тут такого-то. Если меня выпишут раньше, я тебя подожду, а если наоборот, то ты меня подождешь. Сумки у меня легкие, всего парочка, и там не кирпичи, - как-то обижено произнесла соседка, - Твой муж поможет меня в такси посадить.
-А Вы сыну или внуку не можете позвонить, что бы они Вас забрали? Выписка всё равно вечером, они как раз после работы смогут приехать - удивленно спросила я.
-Да я лучше сама как-нибудь справлюсь, они же работают. Да и зачем их лишний раз напрягать, - произнесла Валентина Николаевна.
Дальше разговор перестал клеиться.
Утром в пятницу Валентина Николаевна сама пошла в столовую, отказавшись от моей помощи. Там она демонстративно попросила других людей помочь ей.
Меня выписали в половине шестого, потом врач занялся Валентиной Николаевной. На мое "до свидания и скорейшего выздоровления" Валентина Николаевна сухо кивнула головой, ни сказав и слова.