Там появились двое будущих похитителей и принялись делиться своими соображениями, кого бы им украсть для улучшения своего материального положения и когда сошлись во мнении, принялись осматривать зал в поисках… Ну почему на этом месте оказалась я! В поисках рыженького мальчика… Да, Виктор бы ни в жизнь не позволил увести сына на сцену, а я что… Мы с Глебом переглянулись, и он получил от меня разрешение пойти с незнакомым дядей, который издалека все же пожурил меня за такое безответственное отношение к собственному ребенку. У меня сердце остановилось — только бы Глеб не испугался, только бы не заплакал — как его успокаивать, у меня не было никакого понятия.
— Слушай, кажется, все же не он, — усомнился в похищении нужного мальчика подельник, но первый начал убеждать компаньона в правильности своих действий:
— Ну как же! Все приметы сходятся. Рыжий…
Второй покачал головой: ох, недотепа достался ему в напарники!
— Ты б расспросил его для начала… Ну, малыш, — актер присел перед Глебом на корточки. — У твоего папы деньги есть?
Я вместе с залом затаила дыхание. Глеб кивнул. Но кивок не удовлетворил похитителя:
— Я говорю про большие деньги. Тыщ сто у него есть?
— Есть, — ответил Глеб уже в голос, глядя актеру прямо в глаза.
— Я про доллары говорю.
— Есть, — снова ответил мой бедняга.
— Во врет! — тряхнул головой второй актер, и тогда Глеб в полный голос на весь зал выкрикнул свою обиду:
— Я никогда не вру! Врать нехорошо.
Актеры сначала опешили, а я поняла, что блузка моя уже мокрая в самых неприличных местах.
— Хорошо, — выдохнул актер, который, видимо, как и я, успел вспотеть. — Твой папа в зале? Пойдем спросим у него про деньги.
Я зажала рот ладонью, позабыв и про помаду, и про приличия: смех рвался наружу: нервный. И если бы прорвался через зубы и пальцы, все бы зрители оглохли. Глеб сначала обернулся на меня и, только увидев пустое кресло, вспомнил, что папы в зале нет.
— Ну, где он? — пытался продолжить интерактив актер.
Глеб растерянно обернулся к нему и ничего не смог ответить. На выручку пришел второй горе-похититель. Он взял Глеба за руку и повел со сцены, приговаривая:
— Наверное, ушел доллары зарабатывать. Ну, когда заработает, приходи к нам опять, — добавил он под смех зала, возвращая ребенка на место, а Рыжик, уже с глазами на мокром месте, схватил меня за руку и громко, снова на весь зал, завопил:
— Я ведь им правду сказал! Почему они мне не верят?!
Боже, мне хотелось схватить ребенка и выскочить из зала, точно спасаясь от настоящих похитителей. Елы-палы, господа-актеры, работайте с подсадными утками, черт вас дери!
Угадайте, по какому произведению был спектакль?
отрывок из моего романа "Мой домовой - сводник"