Старший по званию нуриец пробежал взглядом присутствующих и, определив старосту деревни, обратился: — Я байбаши Хунан, нет нужды говорить, зачем я здесь. — Твоя правда, кто вы и зачем приехали, мы знаем, — ответил Михал. — Значит, ждать не придётся, где повозка с данью? — протянул байбаши Хунан на ломаном мирянском. — Не будет больше повозок с податями, уезжайте подобру-поздорову! — выкрикнул Лесьяр и зло посмотрел на Хунана. Байбаши лениво взглянул на дерзкого мальчишку, перевёл взгляд на Михала и спокойно произнес: — Значит, не хотите по-хорошему... Четкими отработанными движениями Хунан вынул из сапога небольшой нож и бросил его в сторону деревенских парней, стоящих неподалеку. Нож воткнулся в плечо одного из них. Юноша резко со стоном выдохнул и прижал руку к плечу. В толпе мирян заохали женщины. — Со сколькими людьми ты готов расстаться, староста Михал? — терпеливо спросил Хунан. Сельские жители, взволнованные происходящим, в панике стали суетиться. Кто-то пятился назад, кто-то пр
Старший по званию нуриец пробежал взглядом присутствующих и, определив старосту деревни, обратился:
— Я байбаши Хунан, нет нужды говорить, зачем я здесь.
— Твоя правда, кто вы и зачем приехали, мы знаем, — ответил Михал.
— Значит, ждать не придётся, где повозка с данью? — протянул байбаши Хунан на ломаном мирянском.
— Не будет больше повозок с податями, уезжайте подобру-поздорову! — выкрикнул Лесьяр и зло посмотрел на Хунана.
Байбаши лениво взглянул на дерзкого мальчишку, перевёл взгляд на Михала и спокойно произнес:
— Значит, не хотите по-хорошему...
Четкими отработанными движениями Хунан вынул из сапога небольшой нож и бросил его в сторону деревенских парней, стоящих неподалеку. Нож воткнулся в плечо одного из них. Юноша резко со стоном выдохнул и прижал руку к плечу. В толпе мирян заохали женщины.
— Со сколькими людьми ты готов расстаться, староста Михал? — терпеливо спросил Хунан.
Сельские жители, взволнованные происходящим, в панике стали суетиться. Кто-то пятился назад, кто-то прикрывал детей, а некоторые выставляли на показ все что оказалось на тот момент у них в руках — вилы и топоры. В строю нуров ни один всадник не шелохнулся. Староста тяжело вздохнул и подумал про себя: «Ничего они, простые селяне, не смогут сделать против отряда вооруженных и тренированных воинов.»
— Прикати повозку, Лесьяр, — попросил он.
— Но, староста! — возмутился было Лесьяр.
- Кому говорю! — резко оборвал он юношу.
Лесьяр разочарованно посмотрел на старосту.
— Дядя Михал...
— Иди сынок, — устало произнес мужчина.
Оглянувшись на рядом стоящих соплеменников, Лесьяр увидел страх в их глазах и смирение. И поскольку никто больше не возражал, Лесьяр, подчинившись, направился в сторону дома старосты и завернул за него. Там его ждала готовая телега с податью. Один из нуров, проводив взглядом высокого светловолосого юношу, склонился к байбаши Хунану и что-то тихо шепнул. На что Хунан утвердительно кивнул, а нуриец, спешившись, направился в дом старосты. Миряне замерли. Михаил, проследив передвижение степняка, с тревогой посмотрел на Хунана.
— Что вашему человеку понадобилось в моем доме?
Читать "Дань".
