Отечественные историки говорят о том, что перед началом Великой отечественной войны показатели немецких войск во многих позициях были явно ниже показателей Красной Армии. По мнению советских аналитиков и историков, такие обстоятельства советское командование использовать своевременно и в полном объеме.
Изначально не было превосходства
Доктор исторических наук Михаил Мельтюхов считает, что у вермахта, который развернул свою основную часть войск на восточном фронте, сначала не было стратегического преимущеста.
Свою роковую роль сыграло то, что в начале войны в 1941 году РККА не успела как положено мобилизироваться и развернуться. Противник громил войска РККА по частям, заблаговременно сосредоточивший силы у границ СССР. Немцы достигли стратегического преимущества в первые дни из-за такой «раздробленности советских войск». Мельтюхов считает, что при граотном планировании обороны со стороны верховного командования РККА не было бы ничего подобного.
Головокружение от успехов
Анализируя открытые статистические данные авторы книги про войну проводят множественные параллели, которые свидетельствуют о потенциале противоборствующих сторон. И не всегда перевес качества и количества остается за нацистской Германией.
Судя по анализу, у немцев очень плохо была организована разведка (из-за того, что отлично работала советская контрразведка) – она почти на четверть преувеличивала количество стрелковых дивизий РККА, которая базировалась в западных округах и больше чем в два раза – кавалерийских соединений. Немцы не заметили переформирования этих подразделений танковые. Данные о количестве советских самолетов были неверными (немцы обсчитались более чем на 10 тысяч единиц). В советском ВВС было достаточно самолетов, не хватало только подготовленных для них экипажей. Авторы книги уверены, что окрыленный посулами Гитлера вермахт, был изначально заточен на молниеносный успех и длительные непрерывные удачи первых недель Великой Отечественной войны ослепили Гитлеровцев – они очень быстро стали не понимать реальное положение дел, которое сложилось в театре военных действий.
Через какое-то время немцам на Восточном фронте стало не хватать резервов, в том числе для активного наступления. Фронт стремительно расширялся, учитывая географические масштабы ССР, сопротивление ужесточилось и все призрачней стала перспектива завоевать СССР в ходе блицкрига.
При такой дислокации вермахту не удавалось добиться нужной плотности сил, даже на ключевых ударных направлениях. Все уязвимей для противника становились войсковые коммуникации по мере продвижения армии на восток. Авторы книги уверены, если бы немецкая разведка до войны смогла бы достать информацию о резервах (в первую очередь людских) , которыми располагала РККА во внутренних военных округах, не исключено, что военные операции вермахта проводились бы иначе.
Авторы книги уверены, что изначальная вера в неминуемую победу и неэффективность данных разведки с другой стороны, уже в начале Великой Отечественной войны предопределила ее исход – при всей кажущейся мощи вермахта с технической стороны – он «обломался» на препятствиях, про которые и представления не имел.
Гитлер не понимал специфики страны вторжения
Кандидат исторических наук Валентин Рунов, в своей книге ссылается на воспоминания одного из ключевых деятелей вермахта, которому удалось выжить после войны, начальника генштаба сухопутных войск в первые два года Великой Отечественной генерал-полковника Франца Гальдера.
Он пишет, что Гитлер чересчур оптимистично оценивал перспективы наступительной операции на СССР. Опираясь на данные о количественном превосходстве танковых дивизий вермахта, Гитлер считал, что немецкие танки молниеносно сомнут войска РККА, части противника обратятся в бегство, а победа окажется неминуемой и быстрой. Но такие иллюзии очень быстро развеялись. Немцы так и не смогли ничего предпринять для коренного перелома в Великой Отечественной войне – в сражении с СССР оказалось невозможным все то, что так легко удавалось в процессе захвата стран Европы.