Граф Владимир Семенович Храповицкий, ротмистр Лейб-гвардии Гусарского полка, стал владельцем села Муромцева с усадьбой после смерти своего отца, Семена Ивановича Храповицкого.
Однако, усадьба оказалась далеко не в лучшем состоянии – деревянный барский дом был довольно старым, хозяйство пришло в упадок, а парк стал одичалым.
Поэтому, Храповицкий решает перестроить усадьбу, опираясь на свой вкус и последнюю моду.
И в июне 1884 года было начато строительство главного дома, который по своей архитектуре стал напоминать средневековый европейский замок. Архитектором был назначен Петр Бойцов, известный своим талантом к стилизации ушедших архитектурных эпох, таких как поздняя французская готика, Ренессанс и английская готика. В 1906 году к главному зданию усадьбы было пристроено правое крыло с высокой башней, к сожалению, автор проекта неизвестен.
Так же в 1884 году был разбит парковый ансамбль садовником Шереметьевского Кускова Карлом Энке, представлявший собой регулярный «французский сад» в виде звезды с восемью лучами, взятой в квадрат аллей.
Но строительство одних только усадьбы и парка не удовлетворило в полной мере Владимира Храповицкого. В период с 1889 по 1895 год были так же построены: деревянное здание железнодорожной станции Храповицкая 1 и 2, уложена железнодорожная ветка длиной 41 км от Муромцева до станции Волосатая Муромской железной дороги, станционный лабаз, здание почты с телеграфом, дом станционного смотрителя, магазин, школа и баня. А недалеко от барского дома была выстроена однопрестольная усадебная церковь во имя мученицы царицы Александры, освящённая в 1899 году в день памяти равноапостольного князя Владимира.
Перед главным домом был устроен каскад прудов, дом управляющего, конный двор, музыкальный и лодочный павильоны, охотничий домик, скотный двор, каретник. Был даже театр (миниатюрная копия Мариинского театра) и музыкальная школа для детей-сирот.
Конечно, внутреннее убранство замка так же отличалось роскошью. Полы из наборного паркета, расписные и резные деревянные потолки, стены и двери из полированного дерева. Во дворце Храповицкого было более 80 комнат каждая из которых была отделана по-особому. Например, были комнаты зеркальная, янтарная и малахитовая.
Не только красотой внутреннего убранства удивлял своих гостей Храповицкий, но и редкими для того времени нововведениями – в замке была построена телеграфная станция, установлен телефон, проведены водопровод, канализация и электричество.
К сожалению, как это часто бывает, все это великолепие не дожило до наших дней.
После революции 1917 Храповицкий переживал, что имение подвергнется разграблению и уничтожению. Он предпринял интересный шаг – самостоятельно произвел опись всего имущества и передал его государству, после чего эмигрировал во Францию без больших средств к существованию. Умер, он, кстати, в нищете 30 июля 1922 года и был похоронен на Русском православном кладбище в Висбадене.
В 1918 году имение было национализировано. В 1920 году из усадьбы был вывезен целый вагон ценностей, которые были переданы в губернский исторический музей. В течение нескольких лет некоторые произведения живописи, а также обстановка усадьбы поступили в фонды Владимиро-Суздальского музея-заповедника, Владимира, Гусь-Хрустального, в различные учреждения Судогды.
Несмотря на предпринятый шаг Храповицкого, имение было разграблено. В нем было два пожара, которые полностью уничтожили внутреннее убранство замка. В 1921 году в здании дворца был основан лесной институт, преобразованный вскоре в лесной техникум с агрономическим и лесохозяйственным отделениями. Просуществовал он там 56 лет, в течение которых имение продолжали расхищать и перестраивать. Однако в 1970-х годах был план по реконструкции замка, но он не был осуществлен.
После того, как техникум переехал в другое здание, замок стал брошен на произвол судьбы.
В настоящее время он представляет собой скорее руины. Очень величественные руины. Несмотря на свое плачевное состояние, дворец излучает мощь и красоту.
Грустно становится, когда читаешь слова графа Владимира Храповицкого, которыми он завершил очерк о своем имении:
«Вот таковым было моё поместье в сельце Муромцево, которое я и мои сподвижники — Тюрмер, Воронов, Герле, крестьяне и жители Муромцева и окрестных деревень — всячески благоустраивали и облагораживали в надежде, что оно украсит собой уезд, а стало быть, и всю Россию, и тем самым послужит её славе и процветанию во благо будущего Отечества.
Я смею надеяться, что это удалось мне, а потомки сохранят и умножат начатое русским дворянином Владимиром Храповицким. И уходя, я хочу сказать вам, как, пожалуй, одни лишь русские говорят, расставаясь:
— ПРОЩАЙТЕ!» Ссылка на полный текст очерка.