Пришла к нам в регион "Надя". Это циклон, или антициклон, я пока ещё в этом путаюсь. Тепло... и - снег, снег, снег, снег... Надя не Надя, а из дома выходить надо.
Ну, да, похоже на квест. Пешеходам легче, чем автомобилистам; молодым легче, чем старым.
Дошёл до магазина. В чём-то есть плюсы - когда отдыхаешь в будний день, к тому же ещё и такой снежный. Магазин практически совершенно свободен. Никаких очередей. Рассчитываюсь, пока складываю купленное в пакет, слышу разговор двух кассиров.
- Так нас скоро заметёт, вообще никто до магазина не дойдёт...
- Да прислали бы сюда человек десять, раскидали бы весь снег - и красота.
- Да... Не справляются коммунальщики...
Хорошие кассирши, спокойные. Но только вот... Я, как человек, внимательный к слову, напрягся. Слово ведь действительно имеет свойство материализовываться - доказано молитвами, аффирмациями, благословениями и проклятиями. Можно же было по-другому сказать про коммунальщиков: "Дай Бог, чтобы справились". Уже другой посыл. И никто негативом не отравлен - ни мы сами, ни те, про кого говорим. Им ведь и правда сейчас непросто - она же, "Надя" эта, всё подсыпает нам и подсыпает...
Легче сказать: "коммунальщики не справляются", "врачи не лечат", "в полиции одни преступники", "дети кроме гаджетов ничем не интересуются". Сказать легче, но ведь жить легче от сказанного не становится. Скорее, наоборот. Такова сила проклятия, даже если мы разбрасываемся словами просто так, походя, от нечего делать.
И ведь и в войну такое было. В "Повести о настоящем человеке" есть эпизод, когда на вокзале люди читают фронтовую сводку (а новости трудные, немец наступает) - и некоторые начинают набрасываться на подвернувшегося под руку солдатика: чего, мол, пускаешь, почему так плохо воюешь? Хорошо, что другие люди за солдата вступились, остудили пыл "диванных аналитиков" (хотя тогда такого термина ещё не знали).
Коммунальщики могут не справляться какое-то время - потому что действительно погода аномальная. И врачи могут тоже уставать - потому что... сами знаете, почему. И воины могут в какой-то момент отступить под превосходящим натиском противника. А потом соберутся с силами и всё одолеют. И легче будет это сделать, когда им не злословят в спину, а то и в лицо. Когда они будут чувствовать вот это: "Мы с вами. Вместе мы справимся". Если уж не можете помочь - то хотя бы не говорите плохого, не плодите негатива.
... На обратном пути я шёл уже по расчищенной дороге - мимо меня проезжали КАМАЗы, МАЗы и МАНы, гружёные снегом. Им ещё кататься и кататься сегодня. На каком-то участке пути снова стало узко и труднопроходимо, мой ход замедлился. Оглянувшись, я заметил за собой "Приору", - она уже добрых несколько минут терпеливо ехала за мной, не сигналила, не делала обстановку ещё более нервозной. Я поспешил отойти в сугроб. За рулём был молодой парень, к заднему сиденью прикреплено детское кресло. Мысленно я поклонился этому водителю, пожелал ему счастья.
А детей много на улице. Кто-то упоённо барахтается в снегу, кто-то сосредоточенно грызёт сосульку. Глаза блестят, щёки горят. Ну, не только же гаджеты волнуют детскую душу... И я сам вдруг посмотрел на мир детскими глазами - ненадолго, но всё же; я поймал это мгновение, увидел не только проблемы, но и красоту снежного бытия.
А возле дома уже тарахтел бульдозер. И около своих машин на него смотрели с надеждой автомобилисты - как смотрят зимующие полярники на спускающийся к ним на льдину вертолёт...