Между 522-520 гг. до н.э. Персидская империя
Когда семеро персов убили мага Гаумату, выдававшего себя за царя персов (см. «А царь-то не настоящий»), новый царь Персии Дарайавахуш (1) даровал право своим шестерым соратникам по убийству узурпатора – Отану, Интафренесу, Гобрии, Мегабизу, Аспафинесу, Гидарнесу (так называли их греческие авторы) – входить к нему в любое время, когда он не в покоях у одной из своих жен.
Вскоре после наведения порядка в империи, перс Интафренес отправился во дворец к царю без какого-либо предупреждения. Каково же было его удивление, когда привратник и тот, кто докладывал царю о просителях, не пустили его к повелителю, мотивируя своё поведение тем, что царь находится у одной из своих жён. Когда Интафренес понял, что эти двое его к царю не пустят, он вытащил меч и обрубил обоим носы и уши, которые забрал с собой и привязал к шее своего коня, после чего отбыл к себе домой.
Пострадавшие явились к царю и доложили о происшедшем. Царь не стал действовать сгоряча. Он решил для начал проверить – это случайно не заговор всей шестерки избранных против него, не являются ли действия Интафренеса лишь предупреждением персидскому царю?
В последующие дни Дарайавахуш (Дарий) встретился с каждым из шести, побеседовал с ними, опросил тех, кому было приказано негласно наблюдать за этой шестеркой, и пришел к выводу, что никакого заговора шести не существует. И что все это инициатива одного Интафренеса.
Потому последовал приказ схватить Интафренеса, его сыновей и всех его родственников мужчин или близких к нему людей. Их обвинили в заговоре протии царя и приговорили к смертной казни.
С первых же часов ареста мужа, жена Интафренеса начала оббивать пороги царского дворца с просьбами допустить ее к царю. И прогнать ее не удавалось.
Доложили царю. Дарайавахуш (Дарий) велел передать женщине, что дарует ей жизнь и свободу одного из приговоренных. Она назовет его имя и ее отпустят.
Женщина велела передать царю, что она из всех выбирает брата.
Царь был удивлен ее выбором и велел спросить у женщины. Почему из всех приговоренных она выбрала не мужа и не сыновей, а брата, который ей не так близок, как остальные. На это последовал ответ «муж у меня может быть и другой, могут быть и дети другие, но иметь другого брата я никак не могу, потому что у меня нет в живых ни отца, ни матери».
Царь согласился с логикой женщины и велел освободить не только брата жены Интафренеса, но и ее старшего сына.
Прочие были казнены.