Большинство из вопросов о том, «что бы кто-то подумал о музыке кого-то» всегда немного нелепы, но вопрос в заголовке действительно интересен.
Для непосвящённых нужно отметить, почему этот вопрос является столь захватывающим. У Баха и Генделя, несмотря на то, что они никогда не встречались, есть некоторые действительно удивительные биографические «совпадения». Они родились с разницей примерно в месяц (Гендель в феврале 1685 года, а Бах в марте) и очень близко физически: сегодня от места рождения Генделя до дома Баха можно доехать менее чем за два часа.
Гендель стал гораздо более известен ещё при жизни, и мы знаем, что Бах по крайней мере уважал творчество Генделя. Бах никогда не достиг такой же степени славы, поэтому мы не можем знать, что подумал бы Гендель. Тем не менее у нас есть некоторые подсказки.
Во-первых, Гендель был, прежде всего, театральным композитором, чьё чувство драмы не имело себе равных в его эпоху. Субъективно можно предположить, что у него не было бы проблем с пониманием драматизма музыки Баха в «Страстях по Матфею» и «Страстях по Иоанну». По структуре они больше напоминают светские кантаты Генделя, которые он написал в итальянские годы, чем генделевские «страсти» (его собственная более поздняя работа). Месса си-минор Баха также является поразительно драматическим произведением, учитывая среду её создания, и наверняка была бы глубоко интересна Генделю.
Структурно и гармонически и Бах, и Гендель были в чём-то крайне консервативны, а в чём-то намного опережали свое время. Но и здесь можно предположить, что они могли быть «родственными душами». Во-первых, мы можем обратиться к композиторам, которых они оба изучали, и увидеть совпадения. Оба провели обширные исследования творчества Иоганна Якоба Фробергера, и оба позже были вдохновлены оперным композитором Райнхардом Кайзером. Кто-то может сказать, что это не совсем убедительно — дело в том, что многие люди той эпохи были вдохновлены этими двумя композиторами. Но конкретные способы, которыми они обращались к ним, имеют довольно много общего. В общем, есть серьёзные основания для того, чтобы утверждать, что Генделю очень понравились бы произведения Баха.
Есть один элемент всего этого, который можно найти особенно печальным — это то, как они жили в своих семьях. У Генделя были очень сложные отношения с отцом, который никогда не хотел, чтобы тот стал музыкантом, и очень старался его остановить. Вполне вероятно, что Гендель вообще не стал бы музыкантом, если бы его отец не умер, когда ему было 12 лет. Гендель никогда не был женат и не имел детей.
У Баха, напротив, было огромное количество детей, которые были светом его судьбы, а многие из них затмили успех своего отца ещё при жизни. Пожалуй, поразительно, что Бах был бы именно таким отцом, которого пожелал бы Гендель, если бы они не были ровесниками. Это не академический вопрос, но было бы интересно, как звучала бы музыка Генделя, если бы его отцом был действительно кто-то похожий на Баха...
По материалам публикации (англ.).
Мнения комментаторов
Удивительная врезка: хотя они никогда не встречались друг с другом, и Бах, и Гендель были ослеплены одним и тем же шарлатаном-«окулистом» Джоном Тейлором, который, очевидно, также ослепил сотни пациентов в Швейцарии, прежде чем провести «операцию по удалению катаракты» у двух упомянутых величайших композиторов эпохи барокко.
***
Бах не просто уважал Генделя и его музыку, но и на самом деле высоко ценил его — до такой степени, что очень хотел с ним встретиться, и предпринял по крайней мере две безуспешные попытки сделать это. Вопрос о том, чувствовал ли Гендель то же самое по отношению к Баху, остаётся спорным. Есть ещё замечательный композитор Георг Филипп Телеман. Поскольку он хорошо знал обоих, возможно, он знал, что они думают друг о друге...