Мотив наказания беспечных и безответственных детей знаком по «Сказке о потерянном времени» Евгения Шварца. В ней три юных бездельника становятся старичками, а три злых волшебника – детьми. Повесть Кристины Стрельниковой перекликается с произведением Шварца идейно: ее герои наказаны за свое легкомыслие и леность. Но наказание это оригинальное, еще не встречавшееся в русской детской литературе.
Те, кто учился в музыкальной школе через силу только потому, что родители настаивали, наверняка поймут героев этой сказочной повести.
Митя Радиолов, Лидочка Рожкова и Федя Свиристелкин терпеть не могут занятия в музыкалке и свои инструменты не жалуют. За это волшебник, который из конспирации прикидывается сторожем в музыкальной школе, делает так, что их голоса присваивают музыкальные инструменты. А дети теперь, открыв рот, способны только выдавать музыкальные пассажи голосами своих инструментов. Первый опыт такого звучания описан в повести очень смешно. «Дама в автобусе возмущено пихнула виолончель в бок и крикнула Мите: «А ну, убери свою бандуру!» И вдруг виолончель произнесла приятным баритоном: «Сама ты, тётенька, бандура!» — и густо рассмеялась. /…/ Митя открыл рот, чтобы извиниться, но из него вырвалась выразительная мелодия…»
А вот как обнаруживает пропажу своего голоса Лидочка, которая собирается поболтать с подругой по телефону: «С Лидочкиных губ слетела соната Бетховена, со всеми ошибками, какие она допускала на уроках». В то же время пианино в ее квартире охотно комментирует ситуацию человеческим голосом. Федя Свиристелкин собирается ответить на отцовский вопрос: «Всё нормально, па», но «вместо этого сыграл папе убаюкивающую мелодию – Нарнийскую колыбельную».
Чтобы вернуть возможность говорить по-человечески, ребята объединяют усилия. Ситуация страшноватая, и дети поначалу в легкой панике: «Инструменты будут говорить нашими голосами, а мы будем подобны музыкальным деревяшкам? Это навсегда?..» Инструменты не просто выражают мысли ребят, но и обретают своё собственное мнение. Такой вот бунт оживших вещей, о котором еще в прошлом веке с тревогой говорили авторы научно-фантастических произведений. «У нас скоро не будет права голоса!» — с ужасом предполагают ребята. Они пытаются установить контакт со взбунтовавшимися инструментами, которыми движет тщеславие. Инструменты грубят хозяевам, капризничают, как дети, требуют уважения и подчинения. А еще по мере того, как инструменты «очеловечиваются», набираются жизненных сил от своих хозяев, из ребят эта жизненная сила уходит.