Более ста лет после первого крестового похода положение в Малой Азии оставалось неустойчивым. Соотношение сил на политической арене часто менялось из-за многочисленных войн, междоусобиц, всё новых и новых коалиций между представителями различных династий, закреплявшихся династийными браками. Тем не менее в калейдоскопе событий того времени можно выделить две тенденции, отражавшие две возможных перспективы дальнейшего развития истории Малой Азии. Одна была связана с попытками изгнания тюрков, вторая – с усилиями последних по упрочению своих позиций и объединению малоазийских земель под единой властью.
При Комнинах Византия оправилась от потрясений предшествующего времени, вновь стала одним из сильных государств Средиземноморья и возобновила наступательную политику как на западе, так и на востоке. Используя религиозное рвение участников новых крестовых походов, играя на противоречиях мусульманских правителей, Комнины пытались восстановить своё влияние в Малой Азии, Сирии и Палестине. К концу XII века авторитет византийских василевсов на Ближнем Востоке заметно вырос, но в самом главном – в борьбе за возвращение малоазийских владений – они не добились успеха.
Неудачей окончился Второй крестовый поход в 1147-1148 годах. Армия немецкого короля Конрада III дошла лишь до Коньи, но, потерпев здесь поражение, вынуждена была повернуть обратно. В Никею вернулась лишь десятая часть этого воинства. Армия французского короля Людовика VII, к которой примкнули остатки немецкого ополчения, избрала другой маршрут – по западным и южным областям Малой Азии к порту Атталия (Анталья), чтобы затем морем добраться до Антиохии. Хотя этот путь сводил до минимума возможность столкновений с тюрками, тем не менее лишь половина французских рыцарей сумела достичь намеченной цели. Другая половина погибла в результате атак тюрков-сельджуков, от голода и лишений.
***
Столь же неудачным оказался и поход византийского войска во главе с Мануилом Комниным на Конью в 1176 году. Сражение с сельджуками, произошедшее в узкой горной долине близ крепости Мириокефал (севернее озера Эгридир), закончилось страшным разгромом нападавших. Византийский историк Никита Хониат о случившемся сообщает следующее: «Беда превосходила то, что можно оплакать. Из-за множества трупов людей и животных ущелья сделались равнинами, долины превратились в холмы, рощи едва были видны». Как и после сражения при Манцикерте, победитель предпочёл не преследовать разбитых византийцев, а заключить с ними мирный договор, утверждавший его позиции в Центральной Анатолии.
Третий крестовый поход (1189-1192) первоначально складывался более успешно для его участников. Под водительством германского императора Фридриха Барбароссы они сумели захватить Конью и взять богатую добычу. Но вскоре при переправе через горную реку в Киликии Барбаросса утонул, его войско оказалось дезорганизованным. «Так все были охвачены сильным горем, – оправдывал их хронист, – что некоторые, мечась между ужасом и надеждой, кончали с собой; другие же, отчаявшись и видя, что Бог словно не заботится о них, отрекались от христианской веры и вместе со своими людьми переходили в язычество». Ясно, что и эта военная экспедиция не смогла серьёзно поколебать тюркское присутствие в Малой Азии.
Дальнейшей консолидации власти тюркских эмиров на захваченных землях мешало их взаимное соперничество, а также династийные распри внутри каждого княжества. На протяжении большей части столетия продолжалась борьба за верховенство в Анатолии между конийскими Сельджукидами и Данышмендидами, в которой активно участвовали и другие мусульманские правители. Первоначально Ахмед Гюмюштегин, используя ослабление Сельджукидов, принявших на себя удар крестоносцев, сумел значительно расширить границы своих владений, установив контроль над важным центром Восточной Анатолии Малатьей. Большую популярность и титул «гази», т.е. борца за веру, принесли ему успешные действия против крестоносцев.
***
После его смерти Кылыч-Арслан I вернул утраченное влияние, заставив наследников Ахмеда Гази признать своё верховенство. Вслед за своим отцом он снова бросил вызов багдадскому султану и должен был также заплатить за это жизнью (1107). Сын Гюмюштегина Эмир Гази (1105-1134) не упустил удачной ситуации. Разжигая рознь среди наследников Кылыч-Арслана, он добился не только ослабления конийских Сельджукидов, но и своей протекции над ними. К концу жизни он утвердил свою власть над обширной территорией от реки Сакарья на западе до Евфрата на востоке. В отличие от конийских правителей Эмир Гази сумел наладить отношения с Багдадом и получил от султана Санджара титул «малика» (суверенного правителя) и соответствующие атрибуты власти. После его смерти на некоторое время наступило равновесие сил, поддерживаемое с обеих сторон союзами с другими малоазиатскими княжествами и Византией.
В дальнейшем государство Данышмендидов распалось на несколько отдельных владений; внимание восточноанатолийских эмиров переключилось на Ближний Восток, где рядом с слабевшей державой Великих Сельджукидов возникли государства крестоносцев, что резко обострило конфликтную ситуацию в этом районе. Указанные перемены способствовали победе конийских Сельджукидов, которых также стали именовать султанами. Наиболее известный из них – Кылыч-Арслан II (1155-1192) – сумел подчинить своей власти последних Данышмендидов и других анатолийских беев. Попытка Мануила Комнина в 1176 году остановить процесс его возвышения не принесла успеха. С того времени правителей Коньи стали именовать «султанами Рума», т.е. властителями византийских земель. Однако окончательного объединения всех тюркских владений в Малой Азии под эгидой конийских султанов в XII веке не произошло.
***
В 1186 году Кылыч-Арслан II, опасаясь вспышки династийной вражды, разделил все свои владения между 9 сыновьями и 2 племянниками, оставив себе лишь Конью. Его последующая судьба напоминает участь шекспировского короля Лира. Став самостоятельными владельцами уделов, наследники тут же вступили в борьбу за султанский престол и забыли о родственных чувствах и обязательствах перед Кылыч-Арсланом. Последний был вынужден покинуть Конью и последние свои годы провёл в странствиях от одного сына к другому в тщетных надеждах вернуть утраченное.
Ожесточённые распри продолжались около 10 лет. За это время погибло большинство претендентов на конийский трон. Реальная власть Сельджукидов в Малой Азии заметно ослабела, чем и пытались воспользоваться предводители Третьего крестового похода. Лишь к началу XIII века одному из сыновей Кылыч-Арслана II Рукнеддину Сулейман-шаху (1196-1204) удалось положить конец внутреннему кризису и утвердить единую власть в Румском султанате.
Складывание единого государства и прекращение междоусобных войн обеспечивало благоприятные условия для ускорения процесса оседания тюркских кочевников на землю, их сближения с местным населением, восстановления нормальной хозяйственной жизни как в сельских районах, так и городах.