Мне один дедуля в больнице рассказывал (вместе в одной палате лежали с какой-то инфекцией еще в СССР), как он под Питером попал в рукопашку с немцами. "Вокруг туча пыли и вдруг кинжальный штык передо мной блеснул. В башке мелькнуло, что мне крышка. Вижу: здоровенный немец под два метра прямо на меня из пыли прет и винтовка со штыком наперевес, и орет он что-то злобно.
И тут я поскользнулся и лечу навзничь. И вижу, как немец взлетает, натурально взлетает. А потом шмякается рядом со мной. Вскакиваю, как ужаленный, и вижу, как двое наших вынимают из него штыки, ко мне поворачиваются спинами и исчезают в пыли. Оказывается, они подняли его на штыки. А я раньше думал, что никаких сил не хватит, чтобы так человека поднять над головой, ведь немец-то килограммов под 100 был".
Еще он рассказывал, что немцы обычно шли жидкими цепочками, от одного до другого расстояние не меньше 30 шагов. А наши притаивались на их пути в окопах, прекращали стрелять и прятались, чтобы их не видно было. А потом прямо перед немцами тучей вымахивали из окопа и сразу в штыки. У кого-то штыком плохо получалось, так он прикладом как дубинкой орудовал.
Понятно, что немцев на фронте столкновения было вдвое-втрое меньше, а "крылья" фронта атаки вместо того чтобы, по русскому разумению, окружить противника, ударившего по средневековой тактике прямо в центр превосходящими силами, начинали метаться и отступать. Ну, говорит, наши, расправившись за пару минут с теми, на кого они вышли из окопов, делились тут же на два крыла и догоняли фланговых немцев, где снова их оказывалось меньше.
Ну и надо сказать, в первый год войны, особенно летом, у немцев в пехоте было много безусых пацанов 18-19 лет, много австрияков, которые во все времена показывали образец трусости и паникерства, да и к штыковому бою с русскими их явно не готовили, будучи уверенными, что в первые же недели вторжения их быструю и славную победу определят танки, артиллерия и авиация.
Причем больше всего они надеялись на авиацию, даже пацанам внушали, что рукопашные схватки с русскими будут только у диверсантов и подразделений СС, которые будут воевать на оккупированной территории, вылавливая отдельных не подчинившихся придурков, и в этих схватках надо будет не убивать, а связать.
Мол, засыплем русские города бомбами, расстреляем их самолеты прямо на аэродромах, а танки на базах еще неготовые к выходу, артиллерией и минометами напугаем пехоту, и дальше для нашей пехоты останется только парадный марш по капитулировавшей России.