Очередная «американская мыльная опера» по замене, точнее вытеснению, российского газа с европейского рынка завершилась ничем. Переговоры президента США Джо Байдена с эмиром Катара Тамимом бин Хамадом аль-Тани, состоявшиеся 31 января, показали — у Катара для Европы лишнего газа нет.
Главной целью переговоров в Вашингтоне был единственный вопрос — сможет ли Катар, как крупнейший мировой продавец СПГ, переориентировать свои поставки в Европу, если транзит российского газа через Украину будет нарушен, в первую очередь благодаря усилиям США.
Надеждам президента США, политиков ЕС, Генерального секретаря НАТО сбыться не суждено. В сегодняшних реалиях на долгосрочные контракты приходится примерно 90-95% экспортируемого катарского СПГ и только 5-10% его объёма предназначаются для спотовых контрактов.
В данный момент расчётная мощность эмирата по экспорту СПГ составляет 106 млрд. м³, и, по мнению экспертов и аналитиков, увеличить её Катар практически не может.
Что касается долгосрочных прямых контрактов, например, на поставки катарского СПГ в Китай, Южную Корею или Японию, то они в принципе могут быть изменены в объёмах, способных обеспечить поставки в Европу. Вот только захотят ли азиатские клиенты Дохи согласиться на это, и какую компенсацию потребуют взамен?
В первую очередь это коснётся Пекина — вряд ли он по щелчку из Вашингтона откажется от своей энергетической стратегии, чтобы спасать Европу, покорно следующую планам США в газовой сфере.
Получается, что Катар сможет перенаправить в Европу максимум 10% своего СПГ, но и на это потребует определённый временной промежуток — доставка газа танкерами в Европу занимает больше времени, чем в Азию.
Кроме того, Катар хочет определённых гарантий от Брюсселя в этом случае — государства-члены ЕС могут перенаправлять любые излишки СПГ только внутри союза, то есть исключить перепродажу катарского газа за пределами европейского континента, заранее лишая европейских трейдеров искушения подзаработать на этих поставках.
Такая позиция Катара была прогнозируема и до самих вашингтонских переговоров. Плюс к этому в вопросе экспорта СПГ в Европу Доха учитывает и свои отношения с Москвой, портить которые ради призрачной и сомнительной выгоды ей явно не хочется.
Вместе с тем, нельзя сказать, что визит в Вашингтон эмира Катара не принёс Дохе никаких преференций. Президент США Джо Байден по результатам переговоров объявил, что намерен предоставить Катару особый статус:
«Катар — хороший друг, надёжный и способный партнёр. Я уведомляю Конгресс о том, что назначу Катар основным союзником, не входящим в НАТО, что подчеркнёт важность наших отношений. Думаю, это решение давно назрело».
Такой статус позволит Дохе стать официальным посредником в отношениях США с рядом стран Среднего Востока. После бегства американцев из Афганистана эмират представляет интересы Вашингтона в этой стране, а также он готов оказать помощь в его ядерных переговорах с Ираном.
Укреплению коммерческого и инвестиционного сотрудничества США и Катара должна поспособствовать сделка, предусматривающая закупку авиакомпанией Qatar Airways у американского производителя Boeing до 50 лайнеров В737 МАХ.
Европа может не отчаиваться — Катар готов увеличить своё предложение Старому Свету, но только после 2026 года. К этому времени Доха намеревается увеличить производство СПГ на 40% за счёт расширения добычи на месторождении Норт-филд.
Главное, чтобы к этому моменту времени Европа, следующая в фарватере американской антироссийской политики, не довела свою экономику до состояния, когда ей газ вообще перестанет быть нужным.