Правой рукой нашарила ножку стула и ухватилась поудобнее, не сводя обвиняющих глаз с Виталика, наклонившегося надо мной и упорно держащего руки в карманах. Очень трудно не покоситься вниз и не проверить, что он там прячет, но я боялась выдать свои жалкие приготовления, так что не моргала и лишь подобралась, ожидая, когда он будет ближе ещё на несколько сантиметров.
начало рассказа-триллера: "Семейный секрет Горюновых" (29) ... (назад к 28)
Виталик затаился чуть-чуть дальше, чем надо для хорошего удара — такого, чтобы я получила всё-таки шанс достать ключи и вырваться прочь из новой клетки для глупенькой, доверчивой меня.
— Ты боишься? — в его тоне настолько искреннее изумление, граничащее с шоком, что я на мгновение потерялась, как школьница, забывшая урок, и абсурдным образом ощутила себя во всём виноватой.
— Не-е-ет, что ты.
Но Виталик перевёл красноречивый взгляд на мои пальцы, сжимающие стул и побелевшие от напряжения — ложь настолько явная, что я отпустила бесполезное теперь орудие и рывком отодвинулась, массируя затёкшую кисть. Он намного сильнее меня физически, судя по перекатывающимся под футболкой мышцам — надо заговаривать зубы и действовать непредсказуемо, но мысли предательски улетучились.
— Я пропустил ключевую серию нашего сериала? Почему ты шарахаешься от меня, Полина? Что ещё за бред?
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
Отлично, он уговаривает себя, что это досадное недоразумение. Втираемся в доверие.
— Шутишь, что ли? — голос сиплый и выдаёт с потрохами, но я врала напропалую, — С чего мне тебя бояться? А зачем ты вернулся-то?
— Увидел, что ты громишь тут всё.
— У тебя… камеры? Серьёзно? Это, знаешь… Как-то чересчур. Предупреждать надо.
— В ванной и спальнях камер нет, если ты об этом волнуешься, — Виталик замялся и слишком торопится, — а так система видеонаблюдения — вещь очень полезная. Собираюсь, понимаешь ли, перестроиться на МКАД, а тут картина маслом! Да я чуть не въехал в отбойник из-за тебя. Объяснишь, что тебе так не понравилось, что ты решилась разнести мою квартиру?
— Ты что, всё время следил за мной?
— Разумеется! Я же с ума сходил, вдруг кто-то вломится и обидит тебя. Прости, я должен был предупредить про камеры, но тупо вылетело из головы, а мобильника у тебя нет.
— А почему у тебя… хранится одежда для меня? В жуткий цветочек, — выпалила первое попавшееся.
— Ты о чём? — и он смешно застыл с раскрытым ртом. — А, я понял… В мамином шкафу. Это… сложно объяснить, — уже пунцовый Виталик еле находил слова. — Короче, ты как-то брякнула, что переехала бы к парню, который предугадывает твои желания, ну и я… Знаю, это всё не фонтан.
— То есть ты купил эти жуткие пижамки просто так? Наудачу?
— Не стоит так уж ржать, это было сто лет назад и выбирал не я, а попросил маму купить что-нибудь для тебя. Правда думал, что ты намекнула… Что ты хотела сбежать ото всех. Ко мне. Не знаю, с чего такая чушь пришла в голову, — он демонстративно надулся, вы только посмотрите.
— Ну, расцветочка не настолько плохая, — растянула губы в слабое подобие улыбки.
— Я рад. Но это не объясняет главное — что случилось? Ты же не из-за этого психанула? — Виталик вдруг зацепился взглядом за рассыпанные под моими лодыжками фотографии и спросил внезапно севшим голосом. — Что это?
Он поднял одну из них, потом другую, а потом схватил целую охапку, с ужасом всматриваясь и бледнея.
— Что это? Откуда это у тебя? — боже, да у него безумный взгляд. — Как?!
— Нашла в твоём миленьком школьном альбоме, — процедила с плохо скрываемым отвращением, — ты же сам заботливо отложил их в сторонку. Ну так а я не поленилась полюбопытствовать, когда ты свалил.
— Но это же твоя пропавшая сестра!!! Как ты не понимаешь, она же исчезла, а теперь эти снимки! С ней!
— И что же они делали в твоей квартире?
— Да! Вот именно! — он провёл рукой по волосам и набрал побольше воздуха, чтобы успокоиться. — Я понятия не имею.