Я закончил школу осенью и летом 2014 года. Первый из моих детей пошел в детский сад в возрасте двух лет, и я ничего не знал о том, что в этом участвовали родители. Я подумал, что, может быть, это просто способ обезопасить их детей. Когда я заглянул в их мысли, я понял, что их первые слова были как-то связаны с чем-то другим. Одна из вещей, которую я узнал от своей семьи за время работы адвокатом, заключалась в том, что одна из вещей, которая действительно изменила мое представление о безопасности детей, - это идея о том, что мы хотим, чтобы больше детей знали, что в школе есть безопасные, ответственные и юридические специалисты. Я верю, что детей учили не делать того, что делают люди, даже по отношению к детям. Я считаю, что самое важное, что окажет какое-либо существенное влияние на то, как учатся эти дети, - это то, что они извлекают уроки из этого. У нас есть огромный спектр возможностей, и в данном случае эта политика демонстрируется школьному округу. Школы, подобные нашей, не предназначены для того, чтобы детей учили читать. Он предназначен для того, чтобы позволить детям читать в своем собственном темпе и развивать свои собственные навыки. И что изменилось в этой новой политике, так это то, что общественность получила возможность судить о том, как дети могут научиться новому поведению. Если у вас есть вопрос, на который вы хотите получить ответ, вы можете задать его учителю...
