Глава 90
Константин Валерьевич, появившись утром в кабинете Павла, попросил его сначала рассказать о том, что произошло в его отсутствие. Оказалось, что не зря спросил. Рассказ Павла его удивил и возмутил.
- Ну и дела!? Я не ожидал от Шаталовой такой прыти. Видимо, хорошо её Павлов прикормил, раз так старается. Где, говоришь, Роман Александрович сейчас?
- В ГИБДД, выясняет, как и когда была приобретена Шаталовой машина Ольги Владимировны, - ответил Павел.
Он рассказал Константину Валерьевичу о счете, чеке, талоне, ПТС, рассказал и об Ефросиньи Клоповой, сообщил, что ждёт её после обеда здесь, в кабинете. Константин Валерьевич слушал внимательно, не перебивал, да и лишних вопросов не задавал.
- Ладно, пора за дело приниматься, - сказал он, наконец, - Давай начнём с папок, которые тебе Людмила предоставила. Кстати, я обещал Регине, что встречусь с ней, поговорю. Ты устоишь нам встречу?
- Устрою.
- Только не сегодня, если можно завтра, - сказал Константин Валерьевич.
- Понял, завтра, так завтра, - доставая папки из сейфа, согласился Павел.
Они погрузились в работу.
Несколько раз Павел наткнулся на счета, оплаченные Сомовым наличкой. «А вот и его расписка, в том, что он получил деньги от Павлова», - подумал Павел. Он взял лист бумаги и, разделив его пополам, начал заполнять графы «получил», «оплатил». «Надо же, ни рубля не присвоил», - пронеслась у него мысль.
- Павел, ты, случайно не по Сомову листочек заполняешь? – спросил Валерий Константинович.
- Но нему.
- И как, сходится?
- Да, сходится.
- У меня тоже всё сходится, - сказал Константин Валерьевич. – Честный мужик! Почему он с ними, я никак не пойму.
- Я не знаю, а Роман Александрович знает. Когда эта троица оказалась у нас, я думал, что Сомов и Рычков займут места рядом, но Роман Александрович сказал, что они в этом деле будут проходить, как свидетели. Я не стал выяснять, почему он принял такое решение.
- Будем считать, что ему виднее, - ответил Константин Валерьевич и снова уткнулся в бумаги.
Ознакомившись с бумагами, подшитыми во всех трёх папках, Константин Валерьевич сказал:
- Конечно, мы можем на основании этих бумаг, без особого труда, с лёгкостью, составить третий том «дела», и всё будет выглядеть вполне нормально. Но слишком уж сухим будет блюдо из одних только фактов. Соуса здесь не хватает. Понимаешь?
- Понимаю. Возможно, Роман Александрович принесёт нам соус, да и гости из Миловки, добавят.
- Сомова сюда надо со своими воспоминаниями. Его же руками жар разгребали. Я поговорю на этот счёт с Романом Александровичем. Как думаешь, Сомов согласится нам рассказать что либо? – спросил Константин Валерьевич.
- Согласится, - уверенно ответил Павел.
- Тогда убирай всё, и пойдём обедать, - предложил Константин Валерьевич.
Павел убрал папки в сейф, и они отправились в кафе обедать
**** ****
Константин Валерьевич в кабинете Павла вот уже полтора часа вел беседу с Клоповй Ефросиньей Андреевной. Она, чувствуя, что ей хотят помочь, перестала плакать, успокоилась и честно отвечала на все вопросы. А вопросы Константин Валерьевич задавал разные, и все они крутились вокруг родственников Ефросиньи. Его интересовало, как Ефросинью приняли родственники её мужа. Что рассказывал Аркадий про них, как они относились к ним после их свадьбы, помогали ли, приезжали ли в гости, и как поменялись эти отношения после их развода.
Оказалось, что Ефросинью Аркадий вынудил подписать отказ от алиментов. На их бракоразводном суде присутствовала Галина Евгеньевна Шаталова. Аркадий не постеснялся, потребовал раздел имущества нажитого за два года совместной жизни.
Ефросинья была обижена на Аркадия, обижаться было за что. Забирая вещи в деревне, Аркадий то ли в шутку, то ли всерьёз, сказал: «Будешь себя плохо вести, сына заберу».
А когда Шаталова Галина Евгеньевна позвонила Ефросинье на работу и сказала, что придут клиенты и надо оформить документы на продажу дома Смолиной Марии Фёдоровны, она отказалась. Но Галина Евгеньевна настойчиво посоветовала ей оформить сделку, пригрозив, что в противном случае у неё Аркашка сына заберёт.
- Вот тут то, я и сломалась. Страх за сына заставил меня это сделать.
- Сколько вам заплатили? – спросил Константин Валерьевич, - и кто?
- Платила женщина, которая продавала дом, Вместе с бумагами конверт подсунула. Я посмотрела, что в нём, когда все ушли. В конверте было всего пять тысяч рублей тысячными купюрами.
- Вам Галина Евгеньевна звонила позже?
- Да, позвонила, похвалила, обещала, что никто не узнает, что дом продан по «липовым документам», - ответила Ефросинья, - А мне снова пригрозила, что если я открою рот и кому-то расскажу про оформленную сделку купли продажи, то сына я не увижу до конца дней своих.
Беседа продолжалась ещё целый час. Наконец Константин Валерьевич сказал:
- Дама, которая дала вам взятку в размере пяти тысяч, сейчас находится под следствием. Скоро будет суд. На суде вы будете представлены, как свидетель и потерпевшая, так как вас путём запугивания принудили к исполнению противоправных действий. Сейчас мы с вами напишем «чистосердечное признание». Не волнуйтесь, я подскажу вам как его правильно написать. И ничего не бойтесь, скорее всего, Шаталова Галина Евгеньевна о нём не узнает даже на суде.
Он придвинул ей бумагу и ручку.
**** ****
А рядом, за другим столом сидели Павел и Валерий Александрович. Их беседа была не менее содержательной. Павла интересовало всё, что происходило и происходит в деревне. Узнал он многое, а главное, это когда и кто вывез вещи из дома Марии Фёдоровны. Оказалось, что работами грузчиков руководил всё тот же Сомов Михаил Михайлович.
Валерий Александрович рассказал Павлу о своей дружбе с Николаем Смолиным, рассказал то, что знал об его отце, то есть дедушке Веры, Сергее Ивановиче. А Павел коротко рассказал о Вере, что ей пришлось пережить после трагической гибели родителей, как жилось в детском доме, как училась в институте и где сейчас работает. И, конечно же, предупредил, чтобы они с Клоповой Ефросиньей были осторожны, и никому не рассказывали о своей поездке сюда до суда
**** ****
Зинаида Васильевна приготовила обед, накрыла на стол, позвала мужа. После вчерашнего переполоха они оба не могли успокоиться. Сергей Михайлович постоянно возмущался, а Зинаида Васильевна тихонько вздыхала.
- Зин, ты, что вздыхаешь то, закончилось всё давно, успокойся, - сказал он, усаживаясь за столом на своё место.
- Успокойся. Легко сказать, да трудно сделать, - снова вздохнула она.
- Ладно, выкладывай, что тебя так беспокоит, что ты постоянно вздыхаешь, - спросил Сергей Михайлович.
- Знаешь, что Пашка сделал?
- Откуда ж мне знать? – помешивая суп ложкой, сказал Сергей Михайлович.
- Он предложение сделал.
- Верочке?
- Ей. Девчонку знает пару месяцев, а уже колечко на пальчик ей надел. Как думаешь, не рановато?
- А что тут такого? Что тебе не нравится? Они отлично смотрятся вместе. Девчонка умная, неизбалованная. А насчёт того, что он её совершенно не знает, это ты зря. Он знает о ней всё, да и о её родителях и бабушке знает больше, чем она. Ты забыла, да, какими они были, Николай и Ольга?
- Да не забыла я ничего, - ответила Зинаида Васильевна.
- Тогда в чём дело? Готовься, бабушкой скоро будешь.
- Это Ирка скоро бабушкой будет, а Павлу с Верой придется годик подождать.
- Из-за болезни что ли?
- Из-за лечения, - ответила Зинаида Васильевна. – Я посмотрела её карточку, - снова вздохнула она.
- Ерунда, любовь лечит лучше лекарств. У них всё будет хорошо, я верю, и ты поверь. Хватит вздыхать, - он усмехнулся. – Ты только представь, если бы Олеська была его женой, что было бы сейчас с нами?
- Боже упаси, – взмахнула она руками. - Ну, ты и нашёл, что вспомнить.
- Вот, вот, и я о том же. Зин, ты знаешь, что в бабушкином пакете было, что за подарок, а?
- Не знаю, Она не стала его открывать, сказала, что вместе с Павлом откроют.
- Открыли?
- Не знаю, он же вчера поздно пришёл, устал, и сразу спать завалился, даже чай пить не стал.
- Ты посмотри, какая она, а! Ещё не жена, а горе пополам и радость вместе, - покачал головой Сергей Михайлович. Молодец! Зин, что там у тебя кроме супа ещё есть?
- Сейчас котлету положу, - Зинаида Васильевна поспешила к плите.
« Интересно, Павел снова весь вечер проведёт с ней, или домой приедет? - пронеслась у неё мысль. – Да ладно, чего это я, она славная девчушка, и ему важно, чтобы его любили, а она любит», - Зинаида Васильевна отпустила свои мысли во Вселенную, сосредоточилась на обеде. Она положила для мужа на тарелку пару, рядышком положила ложку гречки, полила всё соусом и с улыбкой поставила тарелку перед Сергеем Михайловичем.
**** ****
Роман Александрович вернулся в отделение. Настроение ему окончательно испортили в ГИБДД, отказались давать информацию о машине без разрешения начальника, он был в командировке, и пробудет там ещё пару дней. Можно сказать, что весь день Чижов потратил сегодня зря. Потирая руки, Роман Александрович думал, что можно ещё предпринять, где узнать подробности о передаче машины Шаталовой. Звонок Сомова вывел его из раздумий.
- Алло. Что хотел, Михаил? – спросил его Чижов.
- Встретиться бы надо, - сказал Сомов.
- Так приезжай ко мне, поговорим, - предложил Чижов.
- Ладно, если ты свободен, то я через минут пятнадцать подъеду.
- Что-то срочное?
- Скорее, важное для вас, чем срочное для меня, - ответил Сомов.
- Жду, - сказал Чижов и отключил связь.
Через несколько минут Сомов сидел в кабинете Чижова. Роман Александрович разглядывал листок, который ему принёс Сомов.
- Где ты его взял? – спросил Роман Александрович.
- Стащил у Павлова. Я разозлился тогда, столько труда затратил в те дни, а мне снова показали «фигу», ну я и стащил эту бумагу, спрятал, да и сам забыл про неё.
- Ты не поверишь, я был сегодня в ГИБДД, хотел выяснить на счёт этой машины, узнать, когда её Шаталовой продали, но без начальника ГИБДД мне отказались показать ПТС.
- Да я тебе и так могу сказать, когда, - Сомов вытащил свой блокнот из кармана. – Ты же знаешь, я всё записываю. Вот смотри, машину ей Павлов подарил на следующий день после продажи дома в деревне. Сначала машину хотели продать, но в ГИБДД у Павлова знакомых не оказалось. Так машина и стояла в гараже у Павлова, её я сам из салона автосервиса пригнал, с Ахлыстиной ездили получать. Она в наряде Ольги Владимировны разгуливала тогда. А получили мы её…
- За день до похорон, - сказал Чижов.
- О, как! Да ты и сам всё знаешь.
- Не всё, если бы знал, то не спрашивал, - ответил Чижов.
- Ладно, не сердись. Решили, что продать машину не удастся, переписать на себя тоже не получится вот и решили Шаталовой её предложить в качестве подарка с намёком, что она и дальше будет помогать, вернее, прикрывать всех. Ну не меня, и не Рычкова, конечно. Павлов, он же хитрый, как бес. Он составил этот маленький договор, Шаталова его подписала, получила машину. А уж как она её оформляла в ГИБДД, никто из нас не знает, это её дело.
- Спасибо, тебе за столь ценную для нас бумагу, - сказал Чижов. – Ты подожди, я у Павла спрошу, нет ли у него к тебе вопросов.
- Ладно, отвечу и ему, если знаю, - согласился Сомов.
Чижов позвонил Павлу, сообщил, что Сомов у него в кабинете. Через пять минут Константин Валерьевич и Павел сидели в кабинете Чижова и задавали Сомову свои бесконечные вопросы. А Сомов перелистывая свой блокнот, отвечал. Уточнили всё, что хотели, только один вопрос так и остался не заданным. А именно, как Сомов оказался в рабском подчинении у Павлова.