Алиева – приятная молодая преуспевающая бизнес леди. Она постоянно следит за модой, имеет тонкий неповторимый вкус и опрятно одета. Курит она длинные сигареты Vogue и носит очки Ray Ban. Как ни странно, у Алиевой есть маленькая карманная собачка Чихуахуа. Когда та поднимает ножку и делает свое грязное дело, а происходит это довольно часто, ввиду перманентного страха, Алиева, глубоко затягиваясь, выпускает изо рта колечко дыма, и виновато улыбается. Наверное, курит она не так часто, так как зубы у нее ослепительно белого цвета, или просто она лицо Центра Семейной Стоматологии. Алиева – натуральная блондинка, волосы у нее всегда красиво уложены в салоне MAIJA, а ушки украшают маленькие сережки с бриллиантиками, по-видимому, из белого золота.
Случайные прохожие узнают Алиеву и говорят друг другу вслед: “Алиева! Алиева!”
За Алиевой идет Нарышкина. Нарышкину приятной не назвать, даже с натяжкой. Она выглядит очень устало, одежда на ней перепачкана и не особо свежа, и лет Нарышкиной уже немало. Во рту у него тлеет тонкая сигаретка Kiss, на очках не хватает дужки, и они небрежно заклеены скотчем. На плече Нарышкиной дворовая кошка. Каждые двадцать минут она выпускает ее из рук на газон. Кошка шипит и злобно мяукает, а Нарышкина агрессивно скалится. Зубы у нее почерневшие, волосы редкие и их немного осталось. В ухе Нарышкиной вызывающе покачиваются серьги, купленные в переходе около ТРЦ Семья.
Мимолетные прохожие смотрят на Нарышкину, но не могут вспомнить, кто это.
Нарышкина – мать Алиевой.
За Нарышкиной идет Ефимова. Очень милая старушка. На ней выглаженный бархатный костюмчик с заплатками на рукавах и коленях. Во рту бантиком завернутый Беломор, на носу гордо нацеплен пенсне. На плече Ефимовой сидит кенар. Иногда он взлетает ввысь, и из него что-то сыплется, а иногда он даже пытается затянуть скучную песнь, но потом снова садится на прежнее место. Зубы у Ефимовой вставные, волос нет, их заменяет седой парик, а в ушах переливаются сережки с жемчугом.
Редкие прохожие на Ефимову не смотрят.
Ефимова – мать Нарышкиной и бабушка Алиевой.
За Ефимовой в инвалидном кресле везут Галимову. Галимова стара и седовата. Она кутается в теплую шаль и шерстяное одеяло. Во рту у нее дымится трубка, в руках газета «Жизнь». В руке Галимовой застыл бинокль, а на плече сидит клоп. Зубов у Галимовой давно уже нет, сережек тоже.
Пробегающие мимо прохожие стараются на Галимову не смотреть.
Галимова – мать Ефимовой, бабушка Нарышкиной и прабабушка Алиевой.
За Галимовой несут гроб. В гробу – Безрукова. Безрукова тиха, укрыта бордовой тканью, во рту и в руках у нее ничего нет. На плече Безруковой застыла мокрица. Больше о ней, и не скажешь ничего.
Прохожие от нее шарахаются и переходят улицу.
Безрукова – мать Галимовой, бабушка Ефимовой, прабабушка Нарышкиной и прапрабабушка Алиевой.
Покончив с ритуальностями, дочки-матери неспешно возвращаются домой.
Происходит замена.
В гроб ложится Галимова, в коляску Галимовой садится Ефимова, бархатный костюм Ефимовой надевает Нарышкина, а одежду Нарышкиной вместе с кошкой нацепляет на себя Алиева.
Дочка Алиевой, как только подрастет – сразу закурит электронную сигарету, наденет очки, уткнется в планшет и пойдет гулять с собакой.
Вот такие они дочки-матери.