Эпилог. С начала истории прошло 10 лет и несколько месяцев.
– Маргарита Рудольфовна, а можно нам уже домой? Или Федька вам нужен? – Маша Тропинкина положила в лоток для входящей почты последние письма, и на лице её появилась надежда на свободу.
Маргарита перебрала конверты – реклама, можно пока и не открывать. Потом посмотрела на Машу. Когда секретарша Вика вдруг вцепилась в одного из клиентов «Евы» и добилась от него брачного предложения, она собралась было снова взять секретаршу со стороны, но тут Лучников посоветовал Машу. Мол, сколько можно даме сидеть на ресепшн, она способна и на большее. Маргарита подозревала, что у Вовы с Машей случилась скоротечная интрижка и этим продвижением он заглаживает некую вину, но какая ей разница. Прикинув, что Маша уже давно работает в компании и никуда уходить не собирается, а если вынудить её более пристойно одеться, то и в приёмной она будет смотреться хорошо, да и в документах не запутается, Маргарита согласилась. Правда, Маша всё-таки ушла: уже через год удрала в декрет, выскочив замуж за курьера Фёдора. Но и вернулась из декрета быстро – с ребёнком осталась бабушка. Сейчас Фёдор был не только курьером, но и личным водителем Маргариты. Сумасшедших на дорогах становилось всё больше, как и неожиданно торчащих где попало столбиков. И она созрела до мысли, что куда комфортней сидеть на пассажирском месте и обдумывать предстоящие встречи, чем самой цепляться за руль. Но именно сейчас Фёдор ей, пожалуй, не понадобится.
– Да, Мария, можете оба быть свободными.
– К внукам поедете? – Маша просияла, глянув на фото на столе Маргариты. Это была приличная постановочная фотография, сделанная в студии. Такие приятно показывать партнёрам по бизнесу. Ярослав, Владислав и Станислав на этом снимке могли сойти за ангелочков. Чего никак нельзя было сказать о кадрах, которые Лиза щедро высылала Маргарите по электронной почте…
– Да, сегодня мы с Максом по внукам.
Тропинкина испарилась, справедливо полагая, что начальница может чего-нибудь вспомнить и хоть на полчаса да задержать, чего так не хочется в последний предпраздничный день.
Собравшись, Маргарита прикинула, что Макс в эту минуту наверняка уже подъезжает к дому Германа. Герман женился куда позже Антона, но и ребёнок у него появился практически сразу после свадьбы. Это была девочка, рядом с которой Макс становился просто одержимым дедом. Обожал внучку сверх всякой меры, и выглядело это порой юмористически. Антон в вопросе обзаведения потомством Германа переплюнул, впрочем, они давно ни в чём не соревновались. Последний раз Антон прицепился к Герману из-за какой-то мелочи ещё на свадьбе Маргариты, но потом словно вспомнил, что делить им нечего. И с тех пор, если они и оказывались вместе в какой-нибудь компании, Маргарите не приходилось с напряжением ждать, а что же в этот раз вытворит или сморозит сын. Женившись на Лизе, он занялся чем и положено – работой и учёбой, и хотя не все его идеи Маргарита одобряла, а некоторые её пугали, она выбрала свою тактику поведения – поддерживать в этой паре более стабильный элемент. Отправила Лизу на стажировку за границу, потом на интересные курсы уже в Москве, очень гордилась Лизонькиными успехами и чувствовала к ним причастность. Раз уж не удалось сделать грамотного экономиста для «Евы» из сына, можно сваять этого экономиста и из невестки. Хорошо, что с детьми они не торопились. Однако, начав их рожать, соорудили сразу троих. Двое погодок были запланированы, третий получился случайно. И ведь ни одной девчонки! Впрочем, в последние годы коллектив «Евы» словно взял курс на повальное размножение. Родился ребёнок у Тани Пончевой, а на днях и у Амуры. Только Вова Лучников никак не собирался ни жениться, ни заводить потомство. Впрочем, Маргарите это было на руку. Хоть она и называла его в шутку вице-балбесом, но не могла отрицать пользу для компании и лично для неё.
Пора было идти. На ресепшн Маргарита увидела сестру Вовы Кристину. Та пришла к брату — наверняка просто поздравить его и всех вокруг с наступающим Новым годом. Кристина выучилась на психолога, но увлекалась странной смесью психологии и эзотерики. А ещё обожала всякие праздники и подарки. Вот и сейчас — нет бы готовиться к Новому году дома или в компании своего парня, она притащила к брату в офис сувениры – конфеты и брелоки в виде снеговичков.
– Это вам, Маргарита Рудольфовна! – в её руку удобно лёг маленький снеговичок. – Его нужно мять, он антистрессовый.
– Очень полезно, – улыбнулась Маргарита, – мы тут все… в вечном стрессе.
К дому Антона она подъехала, надеясь, что он уже вернулся из агентства. Ведь ей нужно было не только увидеть внуков и вручить им подарки, получив ответные в виде пластилиновых снегурочек и кривых снежинок из бумаги, но и поговорить с сыном. Попросить его кое о чём. И она опасалась услышать отказ.
В прихожей, едва не кувыркнувшись через детские сапожки – когда она уже привыкнет? – и поцеловав открывшую ей Лизу в щёку, она ухватила пакеты с подарками покрепче, чтобы малыши не распотрошили их прямо на ходу.
– Ну что, Славики, где у нас ёлка?
– На потолке, – завопил Ярик.
В неё вцепились и поволокли в комнату, где она и увидела – никто не преувеличивает. Небольшая ёлочка крепилась прямо к потолку. И игрушки на ней даже при такой хитрости были небьющиеся. Что ж, в прошлом году, когда младший из Славиков только начал ходить, точнее бегать, не разбирая дороги и снося всё вокруг, ёлки и вовсе не было. Тогда Антон клеил на стену контур новогоднего деревца, а дети лепили сверху звёздочки, круги и квадратики – как бы игрушки.
– Иначе всё равно свалят. Здравствуйте, Маргарита Рудольфовна, – Лизин брат Коля пробирался к выходу, – и до свидания.
– Ну вот, принёс торт от мамы и удирает, даже не посидит, – вздохнула Лиза.
– Нет уж, сама тут сиди, я себе дорог как память, – важно сообщил Коля. – И вообще, у меня личная жизнь.
Коля ушёл жить личной жизнью, Лиза успела нарезать торт, а Маргарита усесться в уголок под ёлкой и быть усыпанной оберточной бумагой. Распаковывать коробки внуки умели отлично. Нет, всё-таки Лиза на редкость выносливая женщина – подумала Маргарита. Когда у тебя четырёхлетка, трёхлетка и двухлетка, наверное, постоянно хочется сбежать или застрелиться. И ладно бы хоть кто-то из них пошёл в Лизу. Но нет, вокруг Маргариты копошились и вопили от восторга три энергичные копии Антона. Несколько лет назад она немного жалела, что не решилась ответить Максу взаимностью раньше. Будь ей тогда чуть за сорок, можно было бы завести ещё и общего малыша. Но теперь, периодически наблюдая за внуками, она радовалась – обошлось. Нет, это не для неё. Всё вышло как вышло, и слава Богу!
– Кстати, Амура родила, ты, наверное, не знаешь, – сообщила Маргарита Лизе, перехватывая руку среднего Славика: – возить по мне паровозом – это слишком.
– Амура? Я только сегодня её вспоминала. Точнее не её, а гадание. Она как-то нагадала, что у меня будут четыре любимых мужчины. Я тогда смеялась – вот бред. И не подумала, что это могут быть и сыновья, а не только мужья.
Дверь открылась, и детей как ветром сдуло. Ну вот, теперь самое важное. Как-то доказать Антону, что он должен раскручивать её новую коллекцию. Пусть он и не связывается с женскими тряпками, пусть его агентство давно превзошло Юлианино, а тряпки – это уровень Виноградовой. Раз он всё-таки вернулся в рекламу, почему бы не сделать матери приятное и полезное? В конце концов, она готова заплатить ему кучу денег. А у него вон… постоянные источники расходов. Детишки, из которых ещё взращивать и выучивать наследников их семейного бизнеса. Если, конечно, их не потянет куда-то в другую сторону, как потянуло их отца.
– Обещали торт от Елены Александровны, – с порога заявил Антон. – Я рвался к нему всей душой.
– Хорошая мысль, – пробурчала Маргарита себе под нос. Поговорить о коллекции стоит после чаепития. От тортов люди добреют…
Конец.
НОВЫЙ РАССКАЗ