Бутылка вина наполовину опустела. Конечно, пить вино среди буднего дня — пошлость, но тут был важный повод — к Ольге в гости зашла одноклассница. Ленка после школы уехала поступать в институт, да там и осталась — вышла замуж. Ольга окончила техникум и даже перед декретом успела поработать на заводе. И вот через шесть лет после школы Ленка приехала повидать родителей. Разумеется, она не могла не зайти к школьной подруге.
Увиденное повергло Ленку в уныние. Ольга расхаживала по дому в бесформенном халате, пепельно-серые волосы стянуты в хвостик. Ни косметики, ни маникюра, ни украшений. На вопросительный взгляд подруги Ольга сердито ответила:
— А ты думала, роды без последствий проходят? У меня ещё и зубы посыпались. Вы-то со своим планируете детей?
— Где-то через годик, — стеснительно призналась Ленка.
— Значит, скоро будешь выглядеть так же, — пообещала Ольга. Подруга брезгливо покосилась на её халат. Ольга перехватила её взгляд и сердито добавила: — И это ещё не все проблемы.
Она распечатала следующую бутылку.
— Ну давай ещё по одной.
— А малая у тебя где? — закусив, спросила Ленка.
— У матери, — махнула рукой Ольга. — Хорошо хоть она помогает, а то бы я вообще сдохла. И так ничего не успеваю.
— Так что ещё за проблемы? — напомнила Ленка.
— Да с мужем. Представляешь, вообще перестал что-то по дому делать. Просто не заставишь. Вон занавеска в ванной оборвалась, всего-то делов — гвоздь заново вбить. Так месяц заставить не могу.
— А сама? — предложила Ленка.
— Там плитка, — возразила Ольга. — Я боюсь вообще всё расколотить.
За разговорами время пролетело незаметно. Ольга глянула на часы.
— Сколько времени? Во, сейчас мой явится. Вот посмотришь на него.
— Да что, я Лёшку не помню? — возразила Ленка.
— Он сейчас совсем другой. Это в школе он такой лапочка был, а стал полнейшим козлом.
— Да брось! Ты просто не умеешь мужиком управлять.
— А ты умеешь?! — обиделась Ольга.
— Ну уж заставить вбить гвоздь могу! — самодовольно ответила Ленка.
— И моего заставишь? — усмехнулась Ольга.
— На что спорим? — Ленка протянула ей ладонь, чуть не смахнув бутылку со стола.
— А вот на бутылку, — Ольга подвинула посуду подальше от края. — Только ты это… Без всяких сексуальных штучек. А то смотри!
— Да ты что! — возразила Ленка. — Мы же подруги.
* * *
Алексей возвращался с работы. Последнее время домой он не торопился, находя всё новые поводы задержаться. А всё из-за жены — Ольга последнее время стала совершенно невозможная. Сначала он думал, что это связано с рождением дочери, но прошло уже почти три года, а отношения у них становились всё хуже. Ольга постоянно его чем-то попрекает — то денег мало, то лампочка перегорела, то замок заедает. Её последняя фишка — вбить гвоздь в ванной. Конечно, там дел на десять минут, но она почему-то хотела, чтобы он сделал это немедленно, как будто без этого гвоздя дом рухнет.
Сразу после свадьбы всё было замечательно, но потом как-то незаметно изменилось. Жена перестала за собой следить, ходит в одном и том же засаленном халате, в парикмахерскую не выгонишь, готовит неохотно, чуть что — «я устала». И это им ещё тридцати нет. А что же будет дальше?
Вот и сейчас, только он войдёт в дом, опять начнётся — кран протекает, лампочка перегорела… И главная проблема — этот гвоздь! Ему что — на работе проблем мало, чтобы ещё дома его грузить?! Он едет домой, чтобы отдохнуть, а там сплошные проблемы. Да и сама она как-то ему не слишком рада — всё ворчит: «Я тут для тебя целый день готовила!» Ладно бы, готовила что-то вкусное, а то… Лучше бы свой халат наконец постирала! К подъезду он подходил уже изрядно заведённым.
* * *
— Так, давай это всё убирать скорее! — Ольга показала на недоеденную пиццу и недопитое вино. — Сейчас попробую что-нибудь ему приготовить по-быстрому, а то будет дерьмом исходить.
Подруга внимательно поглядела на неё.
— Да ладно тебе, пиццей обойдётся. А мы ему вина оставим.
Ольга удивлённо спросила:
— А твой как бы на это отреагировал? Что, одной пиццей обошёлся бы?
Ленка самодовольно улыбнулась, вытянув стройные ноги, обтянутые джинсами.
— Я считаю, что я для него лучший подарок!
— Ты чё — совсем ку-ку? — уставилась на неё Ольга. — Вот попомни мои слова: родишь — всё будет по-другому. Растолстеешь, как и я.
Ленка окинула её оценивающем взглядом.
— Мы же с тобой одного размера, помнишь, в школе шмотками менялись. Что, не веришь? Ну вот мои джинсы померяй!
— Чего мерить-то? Всё равно не влезу.
Но Ленка, вдохновлённая выпитым вином, уже расстегнула пуговицу.
— Давай, давай! — подбадривала она подругу. — Так, ну вот!
— Не застёгивается! — возразила Ольга.
— А ты живот подбери! Вот видишь — всё застегнулось.
Из коридора послышался шум открывающейся двери.
— Лёшка! — испуганно воскликнула Ольга. — Переодеваемся!
— Не успеем! — возразила Ленка, натягивая халат подруги. — Иди встречай.
Алексей удивлённо глядел на жену.
— Ты же говорила, что в свои джинсы больше не влазишь?
— Это не мои, — смутилась Ольга. — Это Ленкины. Помнишь Ленку?
— Которая из нашего класса? — уточнил Алексей. Тут из кухни выглянула бывшая одноклассница.
— Лёшка, привет!
Алексей удивлённо уставился на неё.
— Привет! А чего у Ольги халат отобрала?
— Я собиралась гвоздь в ванной забить, — Ленка незаметно подмигнула подруге. — Поможешь?
Алексей оторопело хлопал глазами и молчал.
— Тогда иди поешь, и начнём, — распорядилась Ленка. — Мы тебе там пиццу оставили и немного вина.
Алексей направился на кухню, по пути незаметно погладив жену пониже спины и шепнув:
— Тебе идёт!
Конечно, остатков пиццы было мало, но зато это гораздо вкуснее, чем водянистые щи, которые Ольга готовила последнее время. Запив пиццу сухим вином, Алексей направился в ванную. Ленка уже стояла там с молотком наперевес.
— Ты чего делать собралась? — остановил её Алексей.
— Гвоздь забивать, — судя по голосу, алкоголь у неё ещё не выветрился.
Алексей на всякий случай отобрал у неё молоток.
— Дай сюда, а то всю плитку побьёшь. Тут перфоратор нужен, чтобы потом дюбель поставить. Вот здесь, чуть повыше, чтобы плитку не трогать.
— А у тебя есть перфоратор? — игриво поинтересовалась Ленка.
Ольга из коридора бдительно наблюдала за ними. Алексей ещё раз оглянулся на жену. Рано она на себе крест поставила — фигура у неё не хуже, чем до родов.
За перфоратором пришлось идти к соседу. Вся работа заняла от силы десять минут.
— А ещё пицца осталась? — помыв руки, спросил Алексей.
— Лёш, сходи купи, — попросила Ольга. — И вина ещё возьми.
Когда за мужем захлопнулась дверь, она подмигнула подруге.
— Ты выиграла.
— С тебя бутылка, — напомнила ей Ленка.
— Как ты его так ловко припахала? — уже на кухне спросила Ольга.
— Да всё очень просто. Мужик — он как ребёнок, только большой. Днём погулял, когда пришёл — покушал, а потом поиграл. Вот мы ему всё это и организовали.
— То есть гвозди забивать — это для мужиков игра такая? — удивилась Ольга.
— Дома — да, — объяснила Ленка. — А на работе — обязанность. С мужиками надо играть, они это любят. А не грузить проблемами — кран течёт, лампочка перегорела… Проще надо жить! Лёшка ушёл?
Она стянула с себя халат и протянула хозяйке.
— Выкинь его. А лучше сожги. Я Лёшке в нём не понравилась, а ты и подавно примелькалась.
---
Автор рассказа: Дмитрий Леонов
---
Любимая бомжиха
Настя вышла замуж по любви. И всю жизнь прожила в любви. Такое сейчас редко случается, чтобы всю жизнь и по любви. Говорят, лучше соединять не сердца, а мозги. Говорят, браки, заключённые по воле родителей, самые крепкие. Родители дурного детям не посоветуют. Они-то знают: любовь любовью, а кушать хочется всегда. И детей кормить чем-то надо. И диван надо купить, и шкаф. А дальше – пошло-поехало. Пара наживает имущество, чтобы потом передать его по наследству. И если те, которым предназначено нажитое, слушают и почитают старших, то будут благоденствовать и жить в достатке.
Настя не послушалась ни мать, ни отца. Настя влюбилась в своего Григория, как сумасшедшая кошка. Однажды увидела его по дороге в техникум: высокий силуэт в коротенькой курточке и голубых джинсах, красивый мужской силуэт, очень мужественный, перевёрнутым треугольником. Сквозь пелену дождя сложно было увидеть черты лица и цвет глаз, но Настя вдруг почувствовала тягу к этому человеку. Она ужасно тогда покраснела и обрадовалась, что дождь лил, как из ведра.
Парень тоже на неё посмотрел. Может быть, она ему первому понравилась. А может, ему просто стало жалко Настю, всю промокшую до нитки. Он вдруг скинул с себя модную курточку и поднял ее над Настей. И так они добежали до Настиного техникума. Парень довел ее до самых дверей. Настя сказала, что у него классная куртка. Модная, и вообще. А хозяин куртки просто оставил ее Насте. И убежал в дождь в одной футболке.
Потом она не знала, куда эту куртку деть – в помещении в ней ходить было неудобно, но и пакета, чтобы упаковать в него вещь, не было. Настя плюнула и проходила в ней весь учебный день. Хорошо выделанная кожа приятно пахла, а дорогая тканевая подкладка благоухала чудным ароматом одеколона с нотками табака и морского бриза. Хотя Настя понятия не имела, как пахнет морской бриз.
Родители ее были простыми работягами и морю предпочитали шесть соток, засаженные картошкой, морковкой и сливовыми деревцами. Настя послушно полола картошку и морковку и не скучала по морю. Она его никогда не видела.
А тут чувствует – морской бриз.
После занятий Настя увидела его на пороге техникума. Дождь давно закончился, ярко светило солнце. И она как следует, разглядела незнакомца. Он был очень симпатичный, да не в этом дело. Дело в том, что он пришел к ней. К ней, а не за курткой. Он даже не вспомнил о куртке, пока они гуляли весь вечер. Они говорили, говорили о чем-то, а на душе Насти было спокойно, какое-то умиротворение, что ли. Так бывает, когда сделано большое дело. Или когда вернулся домой. Радость и покой. Наверное, чувствовать его рядом, разговаривать с ним, было настоящим счастьем.
Гришка был первым и единственным в жизни Насти. И так тоже бывает. Нет, они свадьбы не дождались, не вытерпели вынужденного целомудрия. Настя сама так решила. И после всего, когда он рассмеялся, сказав: «Теперь, я как честный человек, обязан…», Настя даже не сомневалась, что так и будет. Потому что, Гриша всегда делал, что обещал. Видимо, он просто никогда не обещал того, чего сделать не смог или не хотел… Она ему верила.
Свадьба была веселой и демократичной. Родители Григория оказались обеспеченными людьми, но их нисколько не смутило пролетарское происхождение папы и мамы Насти. Да, СССР закатывался уже в историю, грянули новые времена, подмяв под себя эпоху равенства и братства, но отец и мать Григория, никогда не страдавшие предрассудками, были милыми людьми. Для них имело значение лишь одно – чтобы Настя любила Гришу. Остальное все приложится.