Однажды Небесный Правитель заскучал и решил устроить зверскую гонку. Первым двенадцати животным, пришедшим к его престолу, посулил по персональному году. И не обманул. Двенадцать избранных получили эту награду, но вместе с ней – и работу. Везти Повозку Года, нагруженную разными событиями.
**
Белый Бык неспешно брёл к Небесным Вратам. Шкура его запылилась за год, повозка отчаянно скрипела. Возле резиденции Небесного Правителя ничего не изменилось — всё так же светило солнышко, зеленела сочная травка, несла свои прозрачные воды река. Звери, не попавшие в число избранных, беззаботно бродили где-то, один только Муравьед методично разорял здоровенный термитник.
«Хорошо Муравьеду, – подумал Белый Бык, сглотнув слюну, – всё время возле термитника ошивается, жрёт термитов почём зря. А тут даже травки не пожевать!»
– Идёт бычок, качается, вздыхает на ходу, – ехидно продекламировала Крыса, вынырнув из лаза под Небесными Вратами. Она уже сменила прошлогодний белый наряд на домашнюю серую пижамку и была вполне довольна жизнью.
– Изыди, грызун, – буркнул Бык, – скорей бы уж отработать. Где этот полосатый бездельник?
– Вон там, – Крыса указала направление кончиком хвоста, – купаться ему приспичило.
– Муууу!!! – отчаянно замычал Бык. – Полосатый, хватит там прохлаждаться, иди принимай эстафету!
Тигр плескался в прозрачной воде и впрягаться в повозку не спешил.
– Надо привыкнуть к стихии, – лениво пояснил он, вылезая на бережок и отряхиваясь, – Ну что, пора уже на работу что ли?
– Пора-пора, – Бык нетерпеливо фыркал и бил копытом. Свежая зелёная травка манила, и он мечтал наконец-то сбросить надоевшее за год ярмо.– Ты же сам же впрягся в небесную гонку. Получил год в честь себя – иди отрабатывай!
– Угораздило же, – проворчал Тигр недовольно, – кабы не мой неуёмный азарт, я б и не побежал даже. Вон Муравьед вообще в гонке не участвовал и ничего.
– Я бы поуфафтвовал, – прошамкал Муравьед, по обыкновению засунув длинный язык в термитник, – только у меня явык в фермифнике фафтрял. Фермиты фку-у-уфные, опофдал к фтарту.
– Термиты вкусные, говорит, – перевела Крыса, – увлёкся. Опоздал к старту.
Муравьед энергично закивал, продолжая при этом поедать термитов.
– Обжора, – фыркнул Тигр, зевнул во всю пасть и критическим взглядом окинул свою шкуру, потемневшую от воды.
– Полосатый, – произнёс Белый Бык озадаченно, – а где твои полоски?!
– Разуй глаза, парнокопытный, — сказал Тигр, явно любуясь новым нарядом, — они на месте. И в этом году в моде чёрный. Ну как, мне идёт?
– Модник, – фыркнула Крыса, – вроде солидный зверь, а кокетничает не хуже какой-нибудь макаки.
Тигр только презрительно глянул на неё сверху вниз и не отреагировал.
– Ладно, что у нас там, в повозке? – поинтересовался он как бы невзначай.
– Вези, что положили, – буркнул Бык, – нечего любопытствовать. Даже Крыса особо не привередничала, а уж на её долю много чего досталось.
Тигр подошёл к повозке и принюхался.
– Так, – сказал он капризно, – я вам не вьючная скотина и не ездовая собака какая-нибудь. И даже не олень. Я столько не повезу, пусть Небесный Правитель что хочет, то и делает. А у меня забастовка.
Он вальяжно развалился в дорожной пыли, и только нервно подёргивающийся кончик хвоста выдавал его возмущение.
Небесные Врата тихонько скрипнули, и вышел Правитель.
– Бунт? – спросил он и укоризненно посмотрел на Тигра. – Ты отказываешься от своих привилегий? Хочешь отдать свой год Муравьеду?
– Ну не то, чтоб хочу, – протянул Тигр, – но в эту повозку нагружено слишком много!!! Вот пандемию выбросить надо, чего её таскать туда-сюда. Эти катастрофы – тоже долой. Ладно, парочку-тройку наводнений оставь, небольших. Всё-таки нынче правит стихия воды. А пожары вон те – они совершенно ни к чему. И войны там всякие. А Олимпиаду оставь, да. Олимпиада – это хорошо. Тем более – в Китае! Я люблю, когда меня обожают, превозносят и вспоминают добрым словом. Потому что я красавчик!
Тигр встал и горделиво выпрямился.
– Своенравный нахал, – покачал головой Небесный Правитель, однако всё то, на что указывал привередливый зверь, испарилось с повозки само собой.
Тигр ещё раз придирчиво оглядел груз и впрягся в повозку, сохраняя при этом самый величественный вид. Бык тем временем резво поскакал к вожделенной травке.
Чёрный Тигр ступал неторопливо и важно, наслаждаясь своей силой и тяжеловесной грацией; повозка катилась легко и мягко, без единого скрипа.
– Да пребудет с тобой сила и всенародная любовь, упрямый ты хищник, – Небесный Правитель помахал вслед уходящему в свой год Тигру и скрылся за Вратами.
Снаружи остались только чавкающий Муравьед, Крыса и Бык.
– Слышь, рогатый, – задумчиво произнесла Крыса, – я только одно не пойму. А чё, так можно было?!
Про то, как Крыса передавала эстафету Быку
