Летом 1941 года командование Красной Армии стремилось любыми средствами остановить откат войск к Москве. Через 2 месяца после гитлеровского нападения вышел приказ №270, также известный, как о «приказ о злостных дезертирах» — один из самых жестоких и неоднозначных с правовой точки зрения документов времён Великой Отечественной войны.
Трагедия генерал-лейтенанта Качалова
В июле-августе 1941 года вермахт раз за разом теснил красноармейцев в «котлы», не оставляя им другого выхода, кроме сдачи в плен. Последней каплей, переполнившей терпение Сталина, стало известие о судьбе генерал-лейтенанта Владимира Качалова, командующего 28-й армией. В конце июля Качалов нанес контрудар по фашистам в районе реки Стометь в Смоленской области. Но немцы подтянули подкрепление, и им удалось блокировать группу Качалова. Вместе со своим штабом военачальник предпринял попытку вырваться из окружения. 4 августа в районе села Ермолино Качалов погиб в танковом бою. Не проверив информацию, заместитель наркома обороны Лев Мехлис сообщил «отцу народов», что Качалов попал в плен к немцам. Погибший генерал-лейтенант заочно был приговорён к смертной казни. Его истинная судьба выяснилась только в 1950-х годах, и Сталин об этом уже не узнал.
«Считать злостными дезертирами»
16 августа 1941 года из ставки Верховного Главнокомандующего Красной Армии вышел приказ №270 за подписью Сталина, который не подлежал публикации, но должен был быть зачитан в частях.
Начав с пассажа о «трусости» генерала Качалова, который якобы «предпочел сдаться в плен, предпочел дезертировать», вождь объявлял меры, с помощью которых рассчитывал не допустить подобных инцидентов впредь:
«Командиров и политработников, во время боя срывающих с себя знаки различия и дезертирующих в тыл или сдающихся в плен врагу, считать злостными дезертирами».
Эпитет «злостный» здесь означал, что военнопленные выбрали свою участь сознательно и предумышленно, хотя на деле далеко не всегда это было так. Приказ предписывал вышестоящим командирам и комиссарам расстреливать виновных на месте. Более того, даже рядовые красноармейцы получили право «всеми средствами» уничтожать сдающихся в плен начальников вместе с их частями.
Семьи пленённого немцами командного состава РККА подлежали аресту, а жёны и матери солдат лишались государственной помощи и пособий. Таким образом, вводился противоречащий конституции принцип ответственности по родству. Впрочем, для приспешников Сталина в этом не было ничего нового. Ещё в 30-е годы наряду с «врагами народа» репрессировали и членов их семей.
Значение приказа
Многие историки считают, что приказ №270 сыграл в ходе войны негативную роль, обрекая на гибель тысячи бойцов Красной Армии. Солдаты и офицеры предпочитали сражаться даже в заведомо проигрышных условиях, лишь бы не попасть в плен. Можно также предположить, что приказ создавал почву для злоупотреблений, позволяя офицерам сводить счёты друг с другом.
Между тем, несмотря на жёсткие меры, своих целей Сталин не достиг. Вплоть до самой битвы под Москвой, начавшейся в конце сентября 1941 года, армия катилась на восток. Приказ №270 не помешал сдаться в плен генералу Власову и многим другим военачальникам. Тем не менее, документ продолжал действовать вплоть до самой Победы и даже после неё (официально его отменили только в 1957 году).
Не всех военнопленных командиров ждал расстрел. Некоторые «злостные дезертиры» из числа попавших в плен после войны были восстановлены в рядах РККА и даже достигли новых высот в карьере – в их числе генерал-майоры Иван Мельников, Павел Абрамидзе, Михаил Борисов и другие.
Иначе обстояло дело с рядовыми красноармейцами. Круто обойдясь с военнопленными, Кремль собственными руками подготовил потенциальный антисоветский элемент в лице сотен тысяч человек, которые, пройдя через ужасы фашистских лагерей, узнали дома, что их семьи бедствовали из-за сталинского приказа. И даже последующая правовая реабилитация и вручение наград уже не могли переменить отрицательного отношения этих людей к советской власти.