Я уже писал о своей оценке профессионализма судебных приставов, который, несмотря на придание ФССП более высокого статуса, оставляет желать лучшего.
В данной статье хочу, справедливости ради, указать и на профессионализм некоторых работников прокуратуры, которые осуществляли проверку деятельности судебных приставов как по поступившим на них жалобам, так и по собственной инициативе, с целью выполнения своих прогнозных показателей.
Не секрет, что в прокуратуре действует та же «палочная» система оценки деятельности, вынуждающая сотрудников принимать акты прокурорского реагирования в количестве не менее чем в аналогичном периоде прошлого года.
Тоже относится и к направляемым заявлениям в суды как общей юрисдикции, так и Арбитражные суды.
Вот о некоторых таких случаях хочу рассказать.
Я уже писал, что деятельность моего отдела распространялась на территорию двух районов, в каждом из которых своя районная прокуратура.
И если по месту нахождения основного подразделения отношения с прокуратурой были относительно ровными, конечно, с учетом их задач, то в соседнем районе все было сложнее.
Сотрудник прокуратуры просто приходил и требовал производства на проверку, о которой я узнавал уже постфактум.
И о таких «мелочах», как направление заявления в суд о признании бездействия судебного пристава-исполнителя незаконным, уведомлять меня считали абсолютно не нужным.
Вот о таком заявлении я узнал случайно, находясь в суде соседнего района при проверке несения службы судебными приставами по ОУПДС (статья о них).
Прочитав заявление, а было оно, мягко говоря, ни о чем, позвонил в прокуратуру с закономерным вопросом, почему такое заявление написали, да еще и не известили.
Нет там никакого бездействия, говорю, запросы пристав отправлял, деньги со счета, хоть и небольшие, списывал, даже в адрес должника выходил.
А то, что требования документа за два месяца не исполнил, так на это объективные причины есть.
Ответ сотрудника прокуратуры обескуражил: показатель, говорит, мне срочно нужен, причем иск этот должен быть судом удовлетворен, поэтому мне настоятельно рекомендуется убедить пристава-исполнителя, чтобы в суде свое бездействие признал, а не признает, представление не только на пристава-исполнителя, но и на меня напишут.
И вообще, я понимать должен, с представителем какой службы разговариваю. Сотрудник был, как говорится, из молодых да ранних.
Хотя бы из вежливости поинтересоваться мог, что для судебного пристава страшнее, представление прокуратуры или признание судом бездействия судебного пристава незаконным.
Суд признавать бездействие судебного пристава незаконным отказался, а прокурор района потом в частной беседе пояснил, сотрудник его из «блатных», и не только прокуратуру, но и себя лично вершиной мироздания считает.
Но, как позже выяснилось, он в прокуратуре этого района такой не один.