В январе 1942 года всем выселенным немцам - мужчинам от 17 до 50 лет, проживающим в Большемуртинском районе Красноярского края, было предписано явиться в райвоенкомат, тепло одетыми, с собой иметь провизию, дней на семь-десять. В военкомате объявили, что они мобилизованы в армию. На месте сбора в районном центре долго ждали, пока подошли люди из других сёл района. Наконец, в сопровождении милиционера, вышли. В путь им выделили лошадей с санями, но люди шли пешком, свободным строем, а лошади везли ручную кладь. Так они шли до города Красноярск - сто десять километров, останавливаясь на ночлег в придорожных деревнях.
Мороз, хиус - обжигающее, резкое движение холодного воздуха. Долго ждали на железнодорожной станции «Енисей». Всё это время люди, которых было очень много, стояли на морозе, согреться негде, поэтому, наверное, многие ещё до отправки почти полностью съели свои припасы. Наконец, подошли вагоны, холодные, для перевозки скота.
Так началась реализация плана по созданию трудовых коллективов посредством мобилизации для использования на принудительных работах, на предприятиях и стройках НКВД СССР, так называемая «трудовая армия». Хотя этот термин нигде официально не употреблялся, «трудармейцами» стали называть себя те, кто был мобилизован на принудительную трудовую повинность. "Трудармия" включала в себя работу на производстве, нормы, а также элементы ГУЛАГа – зона, охрана, режим содержания, нормы снабжения.
Мобилизации подлежали русские, украинцы, эстонцы, латыши, литовцы, калмыки, башкиры и представителей других наций и народностей, мужчины и женщины. Также в «трудармию» направляли освобожденных советских военнопленных. Но основной костяк составляли депортированные немцы. Они строили заводы, работали в шахтах и рудниках, на лесозаготовках и железнодорожном строительстве.
В Нижнеингашском районе Красноярского края был настоящий лагерь, как заключённых, да ими, собственно, и были «трудармейцы». Четыре барака, по триста человек в каждом. Три метра в ширину, и около сорока в длину. Вдоль стен голые нары в два яруса, посреди железная, или чугунная печка. Когда спали, под себя подкладывали свою же одежду, ею и прикрывались. Были там продуктовый склад и столовая. Но барак – это ещё кому повезло: на строительстве дорог жили в холодных палатках.
Вся территория лагеря была опахана, обнесена забором в три метра, по периметру стояли несколько вышек с вооружённой охраной. Условия, в которых жили и работали «трудармейцы», по жестокости не уступали жизни в колонии уголовников. По пути на работу их сопровождал конвой, имевший неограниченные возможности. В самом лагере царил произвол начальства. Слово «фриц» в значении «враг» или «фашист» было в обиходе не только у малообразованных подчинённых, но и у руководящего состава.
Слабели люди быстро. От непосильной работы, скудной пищи, а то и вовсе её отсутствия, от холода, жестокого обращения. Лагерный фельдшер освобождал от работы уже тех, кто был совсем плох. Вот и брели доходяги, едва волоча ноги, на работу чуть не до самого своего конца.
«Трудармейцы» работали в тайге на заготовке леса. Зимой в тайге снег такой, что лошади просто проваливались по брюхо. Заготовляемый лес был шесть метров в длину, и его нужно было обработать и транспортировать. Сегодня такую работу выполняет специальная техника. У «трудармейцев» были ручные пилы, топоры и верёвки.
Летом в тайге было невыносимо из-за комаров, мошки или таёжного гнуса, который забивался за шиворот, разъедал руки и лицо, проникал везде, даже за голенища сапог. Ноги от укусов опухали так, что, придя в барак, люди не могли снять с них сапоги. А защиты не было никакой.
Кормили три раза в день, но плохо. Девятьсот граммов чёрного плохого хлеба, утром семьсот и вечером двести, также немного клейкой каши, каждый день худая баланда без картошки, из гнилого, вонючего рыбного сбоя (головы, плавники и внутренности рыбы). По нормам Краслага , даже этот полуголодный «котёл», которым невозможно накормить человека, работающего десять часов на морозе, считался «ударным», видимо потому, что «трудармейцы» всё же не были ни политически, ни уголовно осуждёнными.
«Трудармия» была расформирована в 1947 году. Этническим немцам разрешалось вернуться в места выселения, где жили их родственники.