Я из обычной советской семьи сибирского разлива. Мама учитель, папа горняк. Один дед расстрелянный враг народа, другой раскулаченный колхозник. У того деда, который враг, выбили практически всю мужскую часть семьи, расстреляли прадеда-немца, деда с братом помладше (им обоим тридцати еще не было), самого старшего брата-военврача посадили на пятнадцать лет, младшего не тронули-мал еще был. Еще одного прадеда -казака, по папиной же линии не расстреляли, тоже просто посадили.Он прошел все, начиная с Беломорканала и вышел после смерти Сталина. Со стороны мамы есть не только раскулаченные, но и партизаны замученные колчаковцами , погибшие в годы войны и даже председатель колхоза, депутат всего на свете. Со стороны отца фронтовиков нет, не пускали немцев на фронт. Таких семей на моей малой Родине, городе шахтерской славы- Черемхово было подавляющее большинство. В друзьях и одноклассниках ходили дети сосланных татар, немцев, прибалтов, грузин и потомки уголовников всех мастей и калибров. В районе, где находилась моя школа, было две спецкомендатуры, а сам город был окружен довольно многочисленными зонами, которые, как жемчужины были нанизаны на нитку Трансиба. Зачем я это рассказываю? А для того, чтобы читателю было более понятно в какой среде росли я и мои сверстники. Я в детстве был довольно сообразительный малый, сам научился читать в четыре года, так вот, когда я начал читать взрослые газеты , то искренне завидовал настоящим советским людям, которые живут в далеких , красивых городах, не матерятся и строят коммунизм. Потому, как в детском саду, самые уважаемые пацаны про коммунистов говорили только матом. А меня тянуло в то , неизвестное , большое и светлое будущее. Эта двойственность, тяга к нематериальным ценностям с одной стороны и презрение к любым прихлебателям во власти(причем власти не только государственной, но и криминальной) с другой, и определили всю мою дальнейшую жизнь. Жизнь в которой очень много веселого и грустного, страшного и прекрасного, законных трудовых подвигов и абсолютно криминальных рекордов своего времени, но нет ни капли подлого, нет лакейского и бессовестного. Жизнь, которая меня сводила с министрами и ворами в законе, героями и подлецами, хорошими и добрыми людьми и даже и безжалостными убийцами, жизнь в который окна моего жилья выходили прямо на кремлевские звезда и в которой, на день своего рождения я заезжал на тюрьму. Такие, как я, никаким образом не могли принадлежать к элите союзного уголовного мира, к той настоящей элите, для которой тюрьма была их настоящим домом , для которой воздух воли был ядовитым, от долгого нахождения на котором , она просто гибла, той элите,которая с грудного возраста дышала удушливой атмосферой тюрьмы, спертым прокуренным воздухом перенесенным на свободу , к детской колыбели наколками их отцов, братьев и матерей. Подобные мне, представители, так называемой, криминальной пионерии, той пионерии, которая ,повзрослев, не любила делать вид, что ты веришь, когда тебе врут и не хотела врать сама, поэтому тянулась к чему то более честному. Мы были новой реальностью позднего Союза, нарушали те законы, которые чуть позже отменили те, кто давал присягу их защищать. Но меня слышали Люди, я слышал Людей и поэтому скопилось много историй, срок давности, которых уже давно истек, да и большинство их действующих лиц уже не с нами.Поэтому, если аудитория проявит интерес , одобрив это сообщение и подписавшись на мой канал,то я готов приступить к циклу статей под общим названием "Криминальная пионерия", в котором буду рассказывать истории, которые происходили со мной и моими знакомыми в период с восьмидесятых по двухтысячные. Никаких имен не будет, но каждый из участников событий, сможет узнать себя и мое восприятие того или иного события. Так, что жду вашего решения, писать мне или нет. До встречи!