Слыша фразу “Дикий Запад” наш мозг рисует картину с бизонами, ковбоями и индейцами и дикими мустангами, скачущими по бескрайним прериям. Но лошади, в отличие от бизонов, это не коренные животные Америки, их туда завезли колонисты. Более того, как часто бывает, чужеродный вид создал проблемы на новом месте и их приходится решать, порой не самым гуманным способом.
Копытные составляют конкуренцию диким и домашним животным в Северной Америке, портят немногочисленные водоемы в сухих прериях и разносят болезни. Было время, когда их просто отстреливали, но Федеральный закон, принятый в 1971 году, ограничивает меры борьбы с лошадьми, даже если они начинают влиять на окружающую среду.
Бюро по управлению земельными ресурсами Соединенных Штатов и Лесная служба периодически проводят облавы, чтобы уменьшить табуны диких лошадей. Иногда животным дают противозачаточные препараты или стерилизуют и возвращают в ареал, а иногда их ловят в загоны и держат там до тех пор, пока им не найдут “добрые руки”. Но оба варианта дорогие и выливаются в “копеечку (центик)” налогоплательщикам.
Большие концентрации диких лошадей могут ухудшить среду обитания диких животных, а также снизить качество пастбищ, которые арендуют фермеры, изменяя растительные сообщества и вызывая серьезные проблемы эрозии почвы. Животные также разрушают хрупкие водно-болотные природные сообщества.
Исследование в северо-восточной Калифорнии показало, что растущее число диких лошадей приводит к порче отдаленных источников, снижает качество воды и может даже привести их к полному пересыханию.
На фоне этого в стране разгорается скандал. Правительство США планирует отловить больше диких лошадей на федеральных землях в этом году, чем когда-либо прежде. Это вызвало резкую критику со стороны защитников мустангов, которые надеялись, что администрация Байдена наоборот свернет такую деятельность.
В 2022 году планируется поймать не менее 19000 лошадей, что на 70% больше, чем в 2021.
Критики действий властей говорят, что это продолжение многолетней политики преклонения перед владельцами ранчо, которые не хотят, чтобы лошади конкурировали с их крупным рогатым скотом и овцами за траву на пастбищных угодьях.
В первую очередь зоозащитники давят на то что мустангов хоть и не отстреливают, а только ловят, но в процессе не обходится без гибели животных. Например, суд Невады сейчас рассматривают дело о гибели 11 лошадей во время отлова 2000 скакунов.
Сложность ситуации заключается в том, что отлов требуют также зоозащитные организации. По сути, столкнулись два зоозащитных направления.
Все это происходит на фоне засухи в некоторых регионах страны и сокращения и без того скудных запасов воды.
«Используя засуху в качестве фигового листка для своих незаконных действий, правительство лишает Запад диких лошадей, а загонами и бесконечными облавами сжигает доллары налогоплательщиков», - говорит Уэйн Пачелл, президент зоозащитной организации Animal Wellness Action.
Защитники же дикой природы заявляют, что скакуны угрожают будущему экосистем пастбищных угодий и в конечном итоге благополучию самих лошадей.
На некоторых участках уже сейчас наблюдается серьезный сдвиг от многолетних трав к однолетним, что не только снижает качество травы и среды обитания, но и увеличивает риск природных пожаров. А вокруг родников мустанги выедают всю растительность, оставляя голую землю, что приводит к эрозии почвы.
Так же они выедают прибрежную водную растительность, это приводит к сокращению беспозвоночных, что в свою очередь сказывается на численности водоплавающих и околоводных птиц.
В итоге, проблема оказалась намного масштабнее, чем считалось ранее и, похоже, пока отлов, это единственный способ остановить рост численности диких лошадей. И если есть другие методы, то они еще меньше понравятся зоозащитникам.