В начале 1970-х в Таджикистане было лучшее, что давал СССР: образование, медицина, экономика. А еще представьте себе красивую горную природу, струящиеся водопады и великое множество свежих фруктов... Через 20 лет изобилие сменится голодом, а дружба и толерантность — враждой и кровопролитием.
Братоубийственная война
В Кремле сделали ставку на Ленинабадскую область, в 1970-х все руководящие посты Таджикистана занимали выходцы из этого региона, а представители Бадахшана, Куляба и Гарма были недовольны.
В конце 70-х — начале 80-х в государственном аппарате сформировались группы раздела власти: ленинабадцы (госуправление, партии, экономика); бадахшанцы (МВД, академия наук); кулябцы, которые боролись за позиции в МВД; гармцы (торговля официальная и теневая).
Первые погромы начались в 1990-е. Поводом стал слух о том, что приехавшим после землетрясения армянским беженцам будут раздавать бесплатные квартиры, в то время как местные жители стояли в очереди за ними годами. Позже стало ясно, что это была лишь провокация.
На референдуме о сохранении СССР 96% таджиков проголосовали за. Вскоре за поддержку ГКЧП в вопросе сохранения Союза и «устранения» Горбачева президент Таджикской ССР лишается должности. 9 сентября страна объявляет о своей независимости. Согласно опросам населения, таджики не хотели этой свободы, которая им упала с неба и за которую они не боролись. Им было комфортно в составе СССР.
24 ноября 1991 года проходят первые выборы президента новой страны. Правящая коммунистическая партия выдвигает Рахмона Набиева, его поддерживает Ленинабадская область и Куляб. Оппозиционный кандидат — Давлат Худоназаров.
Победившая партия Набиева стала притеснять религиозную исламистскую оппозицию, разбавленную демократами, которая обвиняет пришедшую власть в фальсификации выборов. Во времена Союза она была загнана в подполье, но выжила в виде школ. Каждое из учебных учреждений за 20-30 лет выпускало по 5-7 тысяч учеников. В результате Исламская партия возрождения станет серьезной силой в борьбе за власть, в гражданской войне на пути к новой независимости.
Оппозиция сумела объединиться, вывести на площадь людей и потребовала равного доступа к власти для всех, демократических реформ и честных открытых выборов. Отныне в центре города — каждый со своей стороны — стояли люди. Одни выступали за президента, другие — за оппозицию.
Из воспоминаний очевидца: «В то время я работал в центре города, и мы собрались с друзьями на обед. Когда начинались протесты, мы все так же совместно ели плов. С какой бы из площадей ни пришли, все так же общались и расходились. У каждого из нас был свой взгляд на политическую обстановку, была своя идеология, но мы не считали друг друга врагами. Уже после вооруженных столкновений наши встречи во время обеда прекратились, потому что возникала опаска: вдруг он причинит мне вред?»
В 1992 году президента и премьер-министра заставили уйти в отставку, а прокурора застрелили на улице. Вскоре на политической арене появляется Эмомали Рахмон, который становится за трибуну в качестве председателя верховного совета и просит страны СНГ ввести миротворческие силы.
Потихоньку из страны начинают бежать мирные жители. С зимы 1993 года в некоторых регионах начинается голод. Хлеб выдавали по 110 граммов на одного взрослого человека. Приезжий журналист задает вопрос ребенку: что бы он выбрал — конфеты или муку? Малыш не задумываясь отвечает: второе. О масштабах бедствия говорит тот факт, что простой сахар стал деликатесом. Блокада Бадахшана длилась еще 4 года. Полуголодные, живущие в неотапливаемых и неосвещенных домах, люди перестали разбираться, кто там прав, а кто виноват.
Мирный договор 1997 года между Эмомали Рахмоном и лидерами объединенной оппозиции был подписан в Кремле.
Таджичка по национальности, певица Манижа, которую родители в детстве увезли после начала страшных событий, вспоминает: «Война — это когда теряешь все, что у тебя было: привычную жизнь, статус, мечты. Тогда наши родители потеряли все и самое главное — свои мечты. У них были свои планы. Они были молодыми, яркими, талантливыми, успешными, воодушевленными, вдохновленными, чтобы жить. А потом им приходилось выживать. Моя мама получила два высших образования, была красотка, работала дизайнером в Таджикистане. И потом была вынуждена работать уборщицей, работать на рынке, готовить еду и продавать ее».
60 тысяч человек, по официальным данным, погибли во время гражданской войны в Таджикистане, 250 тысяч стали беженцами.
Несмотря на упрощенные законы для беженцев, половину своей жизни Манижа была лицом без гражданства. Она помнит, как в садике девочка называла ее «чернож…ой», а воспитательница в саду злилась: мол, почему эти таджики без конца приезжают и приходят в сады. И Манижа молчала терпела, позволяя этой девочке, оскорблять себя при всех.
Мы услышали рассказ женщины, чьей семье удалось покинуть Таджикистан во время войны. Газал поделилась воспоминаниями о своем дяде Мирзо, о стране, охваченной междоусобицами.
— На его примере я впервые увидела и поняла, что такое израненный и изувеченный войной человек. Даже когда все закончилось, он будто жил в мире, где постоянно угрожает опасность. У него остался взгляд загнанного в угол тигра, а людей вокруг себя он воспринимал как враждебное окружение, ждал, что, улучив подходящий момент, они набросятся на него. Так вот… Во время войны он был командиром оппозиции, и в его селение на пограничной реке пришли войска из Куляба. Они рушили дома и территории, поджигали все, что видели. Дядя Мирзо пришел туда утром — пришел на пепелище… Потом он встретился с бежавшими односельчанами, узнал от них о том, как кулябский боевик ударил маленького мальчика. Когда ребенок стал рыдать, старший брат сказал ему на местном диалекте, чтобы тот не смел проливать слезы перед врагом. Тогда мужчина наставил автомат на старшего брата и произнес: «Вы все грязные дети моджахедов и вырастите такими же, как ваши отцы! Закрой свой рот, иначе я застрелю вас». Мальчики уцелели, их выгнали из дома, который затем подожгли. А сельчанина, заступившегося за детей, посадили в большую металлическую цистерну и стали закидывать ее камнями со всех сторон. Что было с ним потом — неясно. Вероятно, у него полопались перепонки или остановилось сердце.
В период войны в таджикском жаргоне появились такие слова, как «юрчики», то есть коммунисты (по аналогии с именем Юрия Андропова) и «вовчики» — исламисты, действовавшие против советской власти.
В этой войне не было правых и виноватых, только жертвы. Оппозиция тоже зверствовала: могла заставить водителя автобуса проезжать над опасной обрывистой дорогой, запрещала продавать алкоголь и сигареты. Нарушителя установленных ими правил прилюдно избивали прикладом или палкой. Принуждали всех захваченных ходить на молитву, а женщин насильно заставляли носить платки.
Происходящее вокруг казалось страшным кошмаром. Люди, которых ты знал всю жизнь, убегали из страны. Оставляли нажитое имущество и при первой возможности уезжали. Продать квартиру было очень сложно. Если и получалось, то за очень низкую цену, или жилье отдавали взамен на помощь бежать в другую страну. Зимой 1993 года здания уже не отапливались, не было электричества и газа. В квартирах и домах появились печки-буржуйки. Мужей многих женщин убили, и те остались без средств к существованию. Стала процветать проституция. Расплачивались за услуги незначительной суммой денег или продуктами. В основном клиентами таджичек были русские военнослужащие, более обеспеченные в материальном плане по сравнению с местными жителями. На столбах улиц то и дело встречались объявления: «Познакомлюсь с российским военным…».
Жизнь на пепелище
Постепенно жизнь после войны стала налаживаться. Но то, что происходит со страной сейчас, с большой натяжкой можно назвать восстановлением. Таджикистан уже никогда не будет прежним — сильным, цветущим. После развала Союза все сферы жизнедеятельности вошли в стадию регрессии. У большинства таджиков воспоминания об эпохе СССР вызывают ностальгию. По их словам, после этого жизнь приобрела либо черные, либо красные оттенки.
За период строительства социализма Таджикистан из неграмотной страны превратился в республику с высокоразвитым образованием. В начале 1980-х в общеобразовательных школах учился 1 миллион человек, в ПТУ и техникумах — более 77 тысяч, в университетах и институтах — около 60 тысяч граждан. Активными темпами развивалось и здравоохранение. В республике были ликвидированы чума, оспа, трахома и возросло количество медицинских учреждений. Если в 1913 году на современной территории Таджикистана существовала одна больница на 40 коек и 11 амбулаторий, то в 1979-м в республике функционировало 279 больниц почти на 40 тысяч коек, более 400 амбулаторий и, разумеется, в сотни раз возросло количество врачей. В советское время процветала экономика, было, что немаловажно, совсем другое отношение к женщинам, их свободе. Они имели право учиться, занимать руководящие посты, участвовать в общественной жизни страны.
Сегодня же в сфере образования процветает коррупция, промышленность умирает из-за приостановления прежних дотаций со стороны государства. Также закрылись заводы, обслуживавшие военные учреждения. Добыча нефти с советских времен сократилась в 20 раз, а добыча газа и вовсе прекратилась. Пришли в запустение засекреченные города, жители которых работали на химическую промышленность. Взамен осталась одна из крупнейших в мире свалок радиоактивных урановых отходов.
О современном уровне жизни красноречиво свидетельствуют доходы населения: минимальная пенсия — 207 сомони ($18,29) средняя — 301 сомони ($26,59). Из всех стран СНГ Таджикистан занимает первое место по количеству трудовых мигрантов. Сегодня в России работает более 1 млн таджиков, то есть каждый девятый житель страны. Это обусловлено и отсутствием работы у себя на родине, и низкой оплатой труда: средняя зарплата в стране 1400 сомони ($123,93), а минимальная — 400 сомони ($35,41).
В рейтинге свободы слова Таджикистан на 162-м месте из 180.
Таджикистан относится к той категории стран бывшего СССР, которые существуют не за счет имеющихся энергоносителей, а за счет трудовых мигрантов и хоть какого-то запаса золота. Здесь насчитывается 28 месторождений, 450 тонн разведанных запасов и подтвержденных из них 200. Доход от экспорта за 2020 год составил 690 миллионов долларов, что составляет половину общего экспорта страны.
Несмотря на то что Таджикская ССР на 60% дотировалась государством, приводилась серьезная политика в отношении развития промышленности. Да, страна была небогатой, люди самостоятельно кормили себя и свои семьи, но жили примерно на одном уровне. Может, они не ностальгируют по когда-то проводимой политике, но точно тоскуют по существовавшим в прежние времена порядку и миру.
Мариам Шлапунова, инфографика Светланы Курейчик
Автор фото: wikipedia.org и другие открытые источники