Мы с мамкой работали на поле. О том, что началась война мы узнали поздно вечером по возвращению домой. Нянька (моя старшая сестра Ефросинья) побежала к соседке, там жила ее одноклассница. А в то время у нас отелилась корова и теленка в дом завели, чтобы молоко из нее не сосал, кушать-то особо нечего было. Вот,значит, бабушка причитая наложила всем супа, отец с поля вернулся, я с теленком в обнимку сижу и не понимаю, что происходит. Мать с бабкой причитают, на шею отцу кидаются: "Не пущу!"- кричали они. А я понимала, что случилось что-то страшное, но не понимала насколько.
Прошло пару дней, отца забрали, направили эшелон в Ленинград. Месяц проходит, второй, тишина. Ни весточки,ни словечка,что и как. Это было самое страшное время. Ожидание. Скотину всю колхоз отобрал. Всё, что за лето-осень собрали - урожай , тоже отобрали. Варили похлёбку с ботвы, корешков, зерна какого, если в поле находили. Деликатесом была замерзшая картошка. За эти месяцы я узнала,что такое голод. В начале зимы люди еще как-то общались друг с другом, в гости ходили поговорить, а потом и вовсе общаться сил не было, у кого голод, мор, у кого горе. Старики, кто послабже, шли на пруд за водой и оставались умирать. Именно оставались.
Надежда появлялась, когда привозили хлеб. Ну, как привозили.... стояли в очереди по два-три дня, ждали машину. При чем нигде не погреешься, не укроешься. В колхоз машина не ходила. Ехала по главной дороге, километров пять от деревни. Пока в очереди отстоишь, человек пять помрет. Их уже не забирали от дороги. Кого и вовсе дикие звери растаскивали. Это даже было своеобразной приманкой. Выйдет зверь на окоченевшее тело, а подростки-мальчишки, кто пободрее, да посмекалистее, старались поймать. Так и жили до весны....